Руководитель аналитического отдела Concorde Capital Александр Паращий в своей колонке на ЛИГА.net объясняет, почему Приват оказался в госсобственности и кто от этого выиграл.
Пять вопросов о национализации ПриватБанка
![Руководитель аналитического отдела Concorde Capital Александр Паращий в своей колонке на ЛИГА.net объясняет, почему Приват оказался в госсобственности и кто от этого выиграл.](/img/2016/25244878/dec5da9fce6e8b7d67f11864e484f555.jpeg?1482332144)
Почему национализировали Приват? Версия НБУ
1. Дыра в капитале размером 148 млрд грн и неспособность акционеров ее залатать.
Согласно версии НБУ, ПриватБанк выдал более 160 млрд грн необеспеченных кредитов лицам, связанным с акционерами банка (или около 97% всех кредитов, выданных бизнесу). Это привычная картина для олигархических банков, и в течение многих лет регулятор закрывал на это глаза. Но такая практика ничем не грозит банку, только если заемщики кредиты собираются возвращать. В случае с ПриватБанком, НБУ (а, похоже, и МВФ) ситуацию видел по-другому. Заемщики банка не предоставили твердые залоги под кредиты, как того требовал Нацбанк. Поэтому регулятор поступил радикально — посчитал, что все эти кредиты не будут возвращены, а, значит, подлежат «полному списанию». Результат этого «списания» — дыра в капитале размером в 148 млрд грн.
Нельзя сказать, что ПриватБанк не пытался решить проблему залогов — в 2016 году он все-таки взял на баланс залоги от «неблагонадежных» заемщиков на сумму около 30 млрд грн. (оценки разнятся от 26 до 31 млрд грн). То есть дыра в капитале могла бы быть гораздо больше.
2. Неработоспособная модель банка
Все коммерческие банки зарабатывают на том, что привлекают деньги (например, через депозиты) под более низкие проценты, и одалживают их под более высокие. Но у ПриватБанка с этим не сложилось. Так, за первые девять месяцев 2016 года банк заплатил по процентам 22,1 млрд грн, а получил только 16,7 млрд грн. То есть вместо того, чтобы заработать, банк потратил 6,4 млрд грн.
Банк попал в порочный круг. Чтобы обеспечить себя средствами к существованию, ему приходилось привлекать новые депозиты, а для этого — предлагать высокие ставки.
Таким образом, он превращался в финансовую пирамиду, усугубляя свои проблемы. Решением могло бы стать внесение денег акционерами банка (которые, в отличие от депозитов, не требуют процентных выплат). Но в условиях огромных рисков акционеры свои деньги вкладывать не пожелали — и их можно понять.
Версия менеджмента
— НБУ ужесточил требования к залогам под кредиты.
Это так, но это не было причиной плохого состояния банка — новые требования просто обнажили проблему. Если раньше заемщики в обеспечение кредита могли дать любые «бумажки», то сейчас НБУ требует только твердые залоги. Но большинство заемщиков банка решили их не вносить — а, значит, прозрачно намекнули, что кредиты возвращать они не собираются. Как и не собирались раньше — просто сейчас это стало очевидно.
— Информационная атака на банк, повлекшая отток средств
Для защиты от оттока каждый банк должен держать определенный запас живых денег. В случае особо агрессивного оттока НБУ может поддержать банк рефинансированием. По данным Нацбанка, обязательный запас живых денег ПриватБанка в 2016 году должен был составлять 6,5 — 7,5 млрд. грн. Но у банка было на протяжении года всего 2,0-4,0 млрд. грн. Поэтому пережить последнюю атаку ему было действительно сложно. По словам Александра Дубилета, вкладчики забирали около 2 млрд грн в день. Очевидно, что и НБУ в данной ситуации не особо старался поддержать ликвидность банка (хотя мог бы). Видимо таким образом он подталкивал акционеров к передаче банка в государственные руки.
Нужно ли было национализировать ПриватБанк?
Похоже, что да. Причины названы выше — дыра в капитале и неспособность/нежелание ее закрыть, неспособность зарабатывать деньги от основной деятельности, что со временем усугубляло проблемы банка.
Решение о национализации поддержали и наши западные партнеры — и вице-президент США, и руководители МВФ, ЕБРР и Мирового банка.
Кто заплатит за национализацию ПриватБанка?
Дыру в капитале ПриватБанка в 148 млрд грн, согласно предварительному плану правительства, будут покрывать из следующих источников:
— около 12,8 млрд грн принудительно внесут международные кредиторы ПриватБанка — держатели еврооблигаций;
— около 18,4 млрд грн принудительно внесут бывшие акционеры (связанные лица) банка — их депозиты и ссуды банку будут фактически «национализированы»;
— 43 млрд грн внесет Минфин уже на этой неделе. Для этой цели министерство выпустит облигации с процентной ставкой до 10,5%;
— оставшиеся 73,8 млрд грн (сумма, очевидно, будет уточняться), согласно плану правительства, попробуют получить от прошлых собственников (они же, по версии НБУ, заемщики) в виде внесения твердых залогов под выданные им кредиты. Самый оптимистичный план предполагает, что эти «взносы» поступят до начала июля 2017 года, на сумму до 76 млрд грн. Но в такую историю верится с трудом. Скорее всего, эти 73,8 млрд грн также внесет Минфин, но не ранее чем через полгода.
Кто выиграл или проиграл от национализации?
В безусловном выигрыше оказываются бывшие акционерыПриватБанка. Если принять на веру то, что они остались должны банку около 160 млрд грн, и учесть, что у них в ближайшее время отберут порядка 18 млрд грн депозитов/ссуд банку, то их общая «прибыль» составит около 140-145 млрд грн.
В абсолютном размере самую большую цену за национализацию ПриватБанка заплатим мы с вами. Скорее всего, МинФину придется внести гособлигациями 116,8 млрд грн в капитал банка. То есть, фактически, все население Украины сбросится на проект национализации примерно по 2 600 грн. С одной стороны, погашение этих облигаций нескоро станет для них обузой (их планируют выпустить на срок до 15 лет). С другой стороны, проценты по этим облигациям (вплоть до 10,5% годовых, или до 12 млрд грн в год) нам платить придется уже в следующем году.
В относительном исчислении больше всех за национализацию банка заплатят международные кредиторы — держатели еврооблигаций банка на сумму около 12,8 млрд грн. По плану правительства, они не получат ничего. Конечно, они от этого не в восторге, и скорее всего, будут судиться.
В выигрыше остались вкладчики банка, получавшие довольно щедрые проценты по своим вкладам. Похоже, что выиграют даже те, кто вкладывал через банк в проект P2P под сверхвысокие проценты (по данным НБУ, таких вкладчиков набралось на 5,5 млрд грн). Хотя их «вклады» не гарантировались Фондом гарантирования, очевидно, что, припомнив опыт банка Михайловского, правительство даже не будет заикаться о возможности отказать им в возврате.
Можно ожидать отток значительного количества вкладчиков из Привата — тех, кого ранее привлекли высокие ставки по депозитам. Часть из них перейдет в оставшиеся ненадежные банки, предлагающие ставки по депозитам от 20% и выше, и продлят им жизнь. Тем хуже придется правительству, которое рано или поздно столкнется с проблемой возврата вкладов, когда эти банки окончательно умрут.
Среди проигравших могут оказаться госбанки, которые активно лоббировали переход госкомпаний/госорганов к себе на обслуживание, но которые так и не стали конкурентами Привату по качеству обслуживания. Мы будем наблюдать обратную тенденцию. Первой ласточкой стал Минфин, пожелавший перейти на обслуживание в Приват. Даже если качество обслуживания в государственном Привате снизится, можно рассчитывать, что по инерции банк длительное время будет выгодно отличаться от своих государственных собратьев.
Есть ли риск для курса гривни?
Риск того, что гривневые вклады, покинувшие ПриватБанк, будут конвертированы в доллары действительно велик. Влияние этого фактора, скорее всего, будет заметно на розничном валютном рынке и в довольно короткий промежуток времени. Фактором, способным успокоить валютный рынок, может стать МВФ. Очень вероятно, что уже в январе мы получим сообщение о намерении кредитора выдать нам очередной транш.
Коментарі - 17
Единственное преступление — кредиты связанным лицам. Только вот НБУ на это смотрел сквозь пальцы, не было у нас еще с этим проблем у нас, НБУ тоже можно понять, банк работает, бизнесс тоже. Тогда, в нулевых никто не задумался о том, что через 5-10 лет это превратится в проблему. Теперь НБУ учитывает этот риск и пресекает инсайдерское кредитование. А народ тут каким боком? Что-то я не заметил что бы народ протестовал против высоких депозитных ставок.
Кредиты юрикам с 2009 по 2013 выросли с 55 до 119 млрд.
Для примера в Авале за это же время портфель юр. лиц упал с 23,6 до 19 млрд. И похожая картина по всем не резам.
Потому что Аваль без залога (или под стадион, ТВО) не даст кредит и без оценки фин. стана нормального не даст.
2. Если бы свято хотели вернуть деньги в банк из хорошо работающего бизнеса, то оформляли бы ЗАЛОГИ, а именно:
— заправки;
— ферросплавный завод (ипотека+оборудование);
— ГОК (оборудование + права на разработку);
— порт;
— недвижимость собственника;
— здания банка;
— самолёты МАУ;
и.т.д.
P.S. Кстати наибольший рот банк показал именно при Яныке, до 2010 он рос в рынке, а с 2010 рынок пошёл вниз, а Приват против рынка — вверх. Ничего подозрительного не видите?
— реальный бизнес (не свой);
— под реальные залоги;
А не пылесосы.
Задрало уже это кредитование исключительно бизнеса — хотя я понимаю, что там и украсть проще и не только бизнесу, но и банкирам в том числе.
Вот не большой обзор: http://minfin.com.ua/blogs/hrushakov/106401/