Продай того, кто ворует

«Продай того, кто ворует»: письмо с таким интригующим заголовком намедни упало в мой почтовый ящик. В раздел «спам». И если бы не дурацкая привычка просматривать превью сообщений, вся интрига очередного лохотрона, замаскированного, как оказалось впоследствии, под патриотизм, безвозвратно бы канула в Лету. А так, пришлось загрузиться: и мне, и письму. Причем мне – основательно.

Волосы зашевелились у меня на голове, когда таинственный отправитель «Сырожа», словно удав Каа, гипнотизирующий бандерлогов, вколачивал месседжи-гвозди в мое сознание:

«1. Ты достоверно знаешь, что кто-то в твоей компании ворует.
2. Или ты работал/работаешь в компании, которая дает взятки/откаты/благодарности/»скидки».
3. Или ты просто случайно узнал подробности про откаты и воровство.
4. И ты веришь в то, что воровать – это неправильно…»

Я, конечно, верю. И даже очень. Но опыт, который сын ошибок трудных, давно уже приводит меня к диалектическому противоречию...

Начнем с того, что если кто-то вам скажет, что ни разу в своей жизни при исполнении служебных обязанностей не брал откат – не верьте. Если бьет себя в грудь, утверждая, что раньше было, а нынче нет – не верьте. И уж тем более, Боже вас упаси, с умным видом самим отрицать сие интригующее обстоятельство в душевном разговоре с полиграфологом на каком-нибудь новомодном детекторе лжи. Засыплетесь.

Поскольку с первой же реакцией, уж будьте уверены, утратите напрочь связь с артефактом. А между тем для полиграфа он состоит в том, что «берут все». Ему не важно, взяли ли вы ручку со стола или просто лист бумаги домой, «не побрезговав». Коль уж имеете материальную (иную, отличную от собственника) выгоду от того, что вам не принадлежит, за что не платили из своего кармана, при этом, не поставив в известность владельца «ништякового ресурса» – значит, осознанно «взяли». Эту информацию, кстати сказать, я почерпнул из беседы с профессиональным полиграфологом. Но это уже совсем другая история...

А таинственный Сырожа оказался на удивление прагматичным человеком. Уверенный, что его виртуальный собеседник ответствует «да-да, да-да, да-да, да-да», он с места в карьер сделал недвусмысленное деловое предложение:

«1. Ты рассказываешь нам интересную и достоверную историю о вредителях.
2. Мы, сохраняя твою анонимность, рассказываем ее тому, кого обворовывают.
3. В результате благодарные нам за это лица выплачивают вознаграждение (уговорить их это сделать – наша работа).
​4. Часть вознаграждения мы передаем тебе. Если такие деньги тебе не нужны, передаем их на благотворительность или на поддержку армии Украины (ты сам выберешь куда именно)».

В отличие от шампуня «три в одном» профит был на единицу больше. Притом включал в себя как ментальное, так и материальное начало. Возможность неплохо заработать (чем больше масштаб, тем интереснее); освободить путь для своей карьеры; добиться справедливости и наказать преступника; помочь Украине стать сильнее.

Далее следовал спонтанный набор нейролингвистических сентенций, призванный понятийно объяснить, почему с ворами надо бороться: «Вор крадет не деньги. Вор крадет новые рабочие места. Вор крадет повышение зарплат. Вор крадет налоги, не заплаченные в бюджет. Вор в компании крадет и у тебя, и у твоих родных, и у твоих друзей. Он нарушает и законы, и заповеди».

И только к концу письма пасьянс таки собрался окончательно. А пафос и вовсе сошел на нет. В целях конспирации Сырожа доверительно предлагал за денюжку приобрести новехонькую сим-карту. После чего короткому эпистолярному общению, надо полагать, должен будет наступить капут и все последующие душещипательные разговоры планировалось вести в телефонном режиме. Строго с 13-00 до 23-00. Не за бесплатно, разумеется.

Вот такой он, Сырожа «гений парадоксов вдруг», «ненавидящий откаты и тех, кто ворует». И главное – не прикопаешься: ну, чем не патриот?