Цены производителей взлетели на 42,5%: какими будут ценники в магазинах

Индекс цен производителей и индекс потребительских цен имеют разную структуру, весовое значение и охватывают не одинаковые этапы формирования стоимости товаров.

Однако промышленная инфляция является важным опережающим сигналом. Она показывает, насколько быстро растут издержки предприятий и какое ценовое давление может быть перенесено на конечного потребителя в течение следующих месяцев.

Нынешняя ситуация опасна, прежде всего, тем, что основным источником промышленной инфляции стала энергетика. А энергетические затраты присутствуют практически в каждом товаре и услуге.

Чем отличаются промышленная и потребительская инфляция.

Индекс цен производителей (ИЦО) отражает изменение цен, по которым предприятия продают свою продукцию другим предприятиям, торговым компаниям или государству. Он включает энергетику, добывающую и перерабатывающую промышленность, сырье, полуфабрикаты и промежуточные товары.

В то же время индекс потребительских цен (ИПЦ) измеряет стоимость конечного набора товаров и услуг, приобретаемых домохозяйствами. Поэтому между промышленной и потребительской инфляцией нет прямой пропорции.

Во-первых, часть промышленной продукции вообще не входит в потребительскую корзину. К примеру, стальная руда, промышленные сплавы либо отдельные виды оборудования влияют на потребительские цены только косвенно.

Во-вторых, предприятия не всегда могут сразу перенести рост расходов на покупателя. В условиях слабого спроса они некоторое время сокращают свою рентабельность, инвестиции или экономят на других расходах.

В-третьих, в конечной цене товара присутствуют не только производственные затраты, но и торговая наценка, налоги, логистика, аренда и стоимость услуг — поэтому даже значительное удорожание промышленной продукции может внести гораздо меньший вклад в общий ИПЦ. Но отсутствие прямой зависимости не означает отсутствия риска: если рост производственных затрат становится продолжительным, бизнес рано или поздно начинает переносить его в отпускные и розничные цены.

Главным источником давления стала энергетика

В июле цены в сфере поставок электроэнергии, газа, пара и кондиционированного воздуха выросли на 6,4% за месяц, а в годовом измерении они превысили прошлогодний уровень почти в 1,8 раза. Энергетика обеспечила 2,5 процентного пункта по общему месячному приросту промышленных цен на 3% — то есть более 80% июльской промышленной инфляции было сформировано одним сектором.

Это важное уточнение — годовой показатель в 42,5% не означает, что цены все равно быстро растут во всей промышленности. В перерабатывающей промышленности цены увеличились на 0,9% в месяц и на 14,2% в год, в добывающей — всего на 0,3% в месяц и на 5,7% в год.

Однако концентрация инфляции в энергетике не делает ситуацию более безопасной, наоборот, электроэнергия является универсальной составляющей производственных затрат, она влияет на себестоимость пищевых продуктов, строительных материалов, лекарств, одежды, транспорта, торговли, складского хранения и предоставления услуг.

И особую обеспокоенность вызывает то, что внутренние энергетические цены росли на фоне снижения мировых цен на нефть и природный газ, а это свидетельствует, что основное давление формировалось не внешней конъюнктурой, а внутренними факторами: разрушением инфраструктуры, дефицитом мощностей, затратами на ремонт, сетевыми ограничениями. рынке.

Как промышленная инфляция переходит в потребительские цены

Первый канал — прямое удорожание товаров. Если дорожает производство продуктов питания, одежды, мебели, бытовой химии или фармацевтической продукции, то предприятия постепенно повышают отпускные цены. После этого рост происходит через оптовую и розничную торговлю и отражается в потребительской корзине.

Пока что пищевая промышленность остается сдерживающим фактором. В июле замедлился рост цен на подсолнечное масло, подешевели маргарин и некоторые кондитерские изделия, стабилизировались цены на макаронную продукцию.

Хороший урожай может определенное время ограничивать продовольственную инфляцию. Но если высокие энергетические затраты сохранятся, этот защитный эффект будет постепенно ослабевать.

Второй канал — удорожание услуг. Предприятия сферы услуг также потребляют электроэнергию, топливо, воду и промышленные товары и рост промышленных цен переходит в тарифы на транспорт, стоимость ремонта, ресторанные услуги, обслуживание домов, медицинские и бытовые услуги.

Именно этот канал часто формирует устойчивую базовую инфляцию. Цены на услуги обычно снижаются гораздо медленнее, чем цены на сырье или сезонные продукты.

Третий канал — логистика и хранение. Удорожание горючего, электроэнергии, оборудования и запасных частей увеличивает стоимость перевозки и хранения товаров.

В военных условиях к этому добавляются рисковые надбавки, страхование, объездные маршруты, простое и повреждение инфраструктуры; транспортные расходы закладываются в стоимость практически всех товаров, поэтому этот канал оказывает широкое, хотя и постепенное влияние на потребительскую инфляцию.

Четвертый канал — административные тарифы. Рост расходов коммунальных и транспортных компаний создает основания для пересмотра тарифов.

Уже в июле в отдельных регионах подорожали:

• водоснабжение на 31,9%;
• водоотвод — на 29,8%;
• автомобильные пассажирские перевозки — на 6%.

Если накопленные расходы предприятий будут компенсироваться в дальнейшем из-за повышения тарифов, административный компонент инфляции может стать одним из главных факторов роста общего индекса потребительских цен.

Пятый канал — инфляционные ожидания. Когда предприятия видят продолжающийся рост энергетических, логистических и материальных затрат, они начинают заранее пересматривать цены, даже если непосредственное удорожание еще не произошло. Работники, ожидая дальнейшей инфляции, требуют повышения заработной платы, что создает дополнительное расходное давление.

Шестой канал — сокращение производства. Если компания не может повысить цены и в то же время не может покрыть рост затрат, она уменьшает выпуск продукции, откладывает инвестиции или вообще покидает рынок, а сокращение внутреннего предложения увеличивает зависимость от импорта и создает дополнительное давление на цены и валютный курс.

Когда потребитель почувствует подорожание

Перенос промышленной инфляции в потребительские цены происходит не мгновенно. У предприятий есть запасы сырья, ранее заключенные контракты, фиксированные тарифы и определенный запас рентабельности.

Для продовольственных и непродовольственных товаров эффект может проявиться в течение двух-четырех месяцев. В сфере услуг, строительства и административных тарифов лаг может быть длиннее — до шести месяцев и больше. Масштаб воздействия зависит от трех факторов.

Первый — продолжительность энергетического шока: если июльский рост был временным и в последующие месяцы цены стабилизируются, влияние на потребительскую инфляцию будет ограничено.

Второй — состояние потребительского спроса. При слабом спросе производители вынуждены дольше удерживать цены за счет собственной рентабельности, но это ухудшает их финансовое состояние и ограничивает инвестиции.

Третий — валютный курс. При условиях, когда промышленная инфляция сочетается с девальвацией гривны, удорожание импортного сырья, оборудования, горючего и комплектующих усилит перенос производственных затрат в потребительские цены.

Каким может быть влияние на инфляцию до конца года

Точный вклад промышленной инфляции в индекс потребительских цен невозможно определить без отдельной эконометрической модели. Он зависит от структуры производственных затрат, государственного регулирования тарифов, курса гривны, спроса и способности бизнеса сокращать прибыльность. Однако можно определить несколько сценариев.

При умеренном сценарии июльский скачок энергетических цен окажется преимущественно разовым и тогда его дополнительное влияние на потребительскую инфляцию в течение следующих месяцев может ограничиться несколькими десятыми процентными пунктами.

При инерционном сценарии — энергетические и промышленные цены продолжат расти, хотя и медленнее. В таком случае промышленная инфляция может добавить около одного процентного пункта в общий индекс потребительских цен.

При отрицательном сценарии рост производственных затрат сочетается с новыми разрушениями энергетической инфраструктуры, логистическими проблемами, девальвацией гривны и пересмотром коммунальных тарифов. Тогда дополнительный взнос может быть значительно выше, а годовая потребительская инфляция приблизится к верхней границе прогнозов — 10−10,5% или превысит ее.

Эти оценки сценарны, а не прогнозны. Главное в том, что сохранение промышленной инфляции на нынешнем уровне существенно повышает риск ускорения потребительских цен осенью и зимой.

Может ли НБУ остановить инфляцию высокой ставкой

Традиционной реакцией НБУ на рост инфляционных рисков является усиление монетарной политики. Однако нынешняя промышленная инфляция носит преимущественно затратный характер.

Высокая учетная ставка не восстановит поврежденные электростанции, не снизит стоимость транспортировки, не разблокирует порты и не увеличит предложение электроэнергии. Она повышает стоимость кредитов для предприятий, которые должны финансировать энергетическую автономность, модернизацию и восстановление.

Чрезмерное монетарное сдерживание может даже усугубить проблему предложения, если предприятия из-за дорогостоящих кредитов будут сокращать производство и инвестиции, дефицит внутренней продукции будет компенсироваться импортом. Это будет увеличивать спрос на валюту и создавать новое инфляционное давление.

Поэтому бороться с инфляцией расходов только процентной ставкой — значит лечить последствия, не устраняя причины.

Что нужно делать

Во-первых, правительство должно провести детальный анализ причин резкого роста внутренних энергетических цен на фоне удешевления нефти и газа. Следует оценить структуру тарифов, сетевые расходы, рыночные механизмы и возможные проявления недостаточной конкуренции.

Во-вторых, необходимо расширить программы кредитования энергетической автономности предприятий: малой генерации, систем накопления, когенерации и энергоэффективности.

В-третьих, государственные программы доступного кредитования следует направить, прежде всего, на увеличение предложения товаров, модернизацию производства и снижение себестоимости, а не на поддержание текущих затрат.

В-четвертых, следует избегать одномоментного пересмотра большого количества административных тарифов. Повышение должно быть прогнозируемым, экономически обоснованным и сочетаться с адресной поддержкой наиболее уязвимых домохозяйств.

В-пятых, правительство и НБУ должны координировать политику. Монетарные мероприятия должны сдерживать курсовые и инфляционные ожидания. В то время как фискальная, энергетическая и промышленная политика — увеличивать предложение и уменьшать производственные затраты.

В настоящее время промышленная инфляция в 42,5% не означает автоматического роста потребительских цен на тот же уровень. Значительная часть показателя сформирована энергетикой и не будет полностью перенесена в потребительскую корзину.

Но это не повод недооценивать делему — энергетические издержки попадают в себестоимость фактически каждого продукта и каждой сервисы. И если июльское подорожание станет продолжительным, оно постепенно перейдет в цены продовольствия, транспорта, коммунальных и бытовых услуг.

Итак, основная угроза заключается не в мгновенном инфляционном скачке, а в постепенном формировании новой волны инфляции затрат осенью и зимой. Чтобы ее остановить, Украине нужна не только жесткая монетарная политика, но и доступная энергия, восстановленная логистика, более дешевые инвестиционные ресурсы, развитие внутреннего производства и согласованные действия правительства и Национального банка.

Автор:

Заведующий кафедрой в Киевском национальном экономическом университете имени Вадима Гетьмана Данилишин Богдан