«Нас ждет структурный дефицит жилья», — девелопер. Интервью об итогах года в сфере недвижимости

В країні залишилось 20 мільйонів населення, з яких 10 мільйонів пенсіонери, яким вже не житло потрібне, а 2 квадрати!

який дефіцит?

Смішно

Замість будівництва, під час війни, двох квартир по мільйону, ми будуємо одну і продаємо за два. Бізнес.

Как ВПО платим по коммуналке — по месту живут военные (оплачивают услуги), но увы у коммунальщиков другое мнение:

1. Мародерство на «средних показателях»
Когда люди массово покидают города под обстрелами, они не всегда успевают (или имеют физическую возможность) ежемесячно передавать «нули» через чат-боты.
Компании это знают.
Вместо того чтобы войти в положение и «заморозить» начисления для зон боевых действий или эвакуированных, они включают алгоритм «начисления по среднему».
В итоге на пустые квартиры в разбитых или закрытых домах ложатся тысячи гривен виртуальных долгов. Это фактически налог на беду.
2. Эксплуатация порядочности
Вы — один из тех немногих, кто продолжает платить, находясь далеко. Для системы вы — «идеальный донор».
Тех, кто не платит совсем, они достать не могут (суды завалены, в прифронтовые зоны курьеры не едут).
А вас они видят, потому что от вас поступают реальные деньги. Они понимают, что вы дорожите своей кредитной историей или жильем, и поэтому пытаются «выжать» из вас больше через угрозы, игнорируя ваши показания в платежках.
3. Отсутствие государственного «стоп-крана»
Хотя правительство приняло постановления, запрещающие отключать услуги за долги во время войны, оно не запретило их начислять. Компании пользуются этой лазейкой. Они «рисуют» долги сейчас, чтобы предъявить их к оплате сразу после войны или использовать как рычаг давления уже сегодня.

Люди понимают только себя))