Дипфейки, поддельные сборы и псевдопомощь: новые риски мошенничества с использованием ИИ

Об этом сообщила Анна Довгальская, заместитель Председателя правления Глобус Банка.

По ее словам, отдельной угрозой становятся deepfake-технологии. Речь идет о поддельном голосе, видео или изображении реального человека. Мошенники могут клонировать голос по коротким аудиофрагментам, которые берут из открытых видео, голосовых сообщений, соцсетей или чатов. В отдельных случаях для базовой имитации может хватить всего нескольких секунд записи.

«В самом простом случае человеку звонят якобы от имени родственника или друга и просят срочно перевести деньги. Такая просьба может сопровождаться эмоциональным давлением: „я попал в беду“, „нужны деньги прямо сейчас“, „не могу объяснять“, „перевести нужно немедленно“. Если голос похож на голос знакомого человека, риск ошибки значительно возрастает», — объясняет она.

Анна Довгальская отметила, что дипфейки также могут использоваться для создания фальшивых видеообращений, манипуляций в псевдосборах, попыток взлома аккаунтов в мессенджерах или даже для прохождения идентификации на отдельных онлайн-платформах, в частности криптобиржах.

В то же время эксперт подчеркнула, что самые сложные deepfake-схемы пока не являются массовыми. Они более дорогостоящие, требуют подготовки, достаточного объема данных и продуманного сценария или стратегии применения. Зато значительно более массовыми остаются фишинг, сообщения в мессенджерах, фейковые сайты, мошеннические звонки и манипуляции с финансовым номером телефона.

«Отдельное направление риска — фейковые сборы, псевдопомощь и мошенничество на тему войны. Злоумышленники могут создавать страницы сборов „на ВСУ“, „на лечение“, „на гуманитарную помощь“, подделывать фотографии, чеки, документы, отчеты, а также использовать сгенерированные ИИ изображения или видео. Такие схемы особенно опасны, поскольку апеллируют к сочувствию, доверию и желанию быстро помочь», — отметила банкир.

В некоторых случаях мошенники могут копировать стиль реальных волонтерских организаций, использовать похожие названия, поддельные логотипы, фото военных, детей, пострадавших людей или разрушенной инфраструктуры. Они также могут создавать фейковые комментарии, «отчеты» о закупках, скриншоты переводов и вымышленные подтверждения от якобы получателей помощи.

По её словам, главное правило для граждан — не переводить деньги только из сострадания, «под влиянием эмоций». Перед пожертвованием стоит проверить организацию или человека, открывшего сбор, посмотреть историю предыдущих сборов, наличие отчётов, репутацию, официальные страницы, а также убедиться, что реквизиты действительно принадлежат заявленному получателю.

Эксперт советует не доверять только видео, голосу или изображению, даже если они выглядят убедительно. Если просьба касается денег, ее нужно проверить через независимый канал: позвонить человеку, написать в другой мессенджер, проверить официальные страницы организации или обратиться к известным волонтерским платформам.

«Дипфейки также могут использоваться для взлома аккаунтов в мессенджерах, создания поддельных видеообращений, манипуляций в ходе псевдоголосований или даже для попыток прохождения идентификации на отдельных онлайн-платформах, в частности на криптобиржах. В то же время важно понимать: самые сложные deepfake-схемы пока используются точечно, а не массово, ведь они дороже, требуют подготовки, достаточного объема данных и продуманного сценария. Зато фишинг, сообщения в мессенджерах, фейковые сайты, мошеннические звонки и манипуляции с финансовым номером остаются гораздо более массовыми», — пояснила Анна Довгальская.