Урок Венесуэлы: как самая богатая страна Латинской Америки стала самой бедной

Как получилось, что Венесуэла, которая в 1950-х годах имела ВВП на душу населения выше, чем в Германии, а в 1970-х считалась самым богатым государством Латинской Америки, дошла до нищеты? Почему наличие 303 миллиардов баррелей «черного золота» не спасло, а, наоборот, погубило нацию? Это история о упущенных возможностях, институциональном самоубийстве и том, как «ресурсное проклятие» превращает дар природы в приговор.

Иллюзия богатства

Чтобы понять глубину нынешней пропасти, нужно вернуться к истокам. История современной Венесуэлы началась не с революций, а с геологического открытия.

В начале XX века Венесуэла была скромной аграрной республикой, живя за счет экспорта кофе и какао. Все изменилось в 1914 году, когда заработала скважина Zumaque-1. А настоящий взрыв произошел в 1920-х: нефтяной фонтан в Лас-Росас (штат Сулия) показал миру, что под венесуэльской землей скрываются океаны энергии.

К 1929 году страна стала вторым по величине добытчиком нефти в мире и крупнейшим экспортером. Это было время безумных денег. В 1970-х годах, на фоне глобального энергетического кризиса и роста цен на сырье, Венесуэла получила прозвище «Саудовская Аравия Латинской Америки».

В то время ВВП Венесуэлы позволял ей свысока смотреть на соседей. Каракас был городом небоскребов, роскошных автострад и культуры, куда европейцы ездили на заработки.

«Нефтяная игла»

Уже тогда экономисты заметили тревожную тенденцию, которую называют «голландской болезнью». Суть ее проста и жестока:

• Поток долларов: В страну резко поступает много валюты от продажи одного ресурса (нефти).
• Укрепление валюты: Местные деньги (боливар) становятся слишком дорогими.
• Смерть других отраслей: из-за дорогого боливара выращивать кофе или производить обувь становится невыгодно — их никто не покупает за рубежом, потому что это дорого. А внутри страны дешевле купить импортное.

Сельское хозяйство, которое давало 33% ВВП в 1920-х, скатилось до менее чем 10% в 1950-х. Страна подсела на «нефтяную иглу», импортируя все — от гвоздей до хлеба.

Точка невозврата: Как Чавес и Мадуро сломали систему

Многие считают, что национализация нефти — это корень зла. Но это не совсем так. В 1976 году Венесуэла создала государственную компанию PDVSA. И первые 25 лет она работала блестяще. Это было «государство в государстве», но в хорошем смысле: профессиональное, технологичное, с лучшими менеджерами, которые учились в Гарварде и Оксфорде. До 1998 года PDVSA была второй по величине нефтяной компанией в мире.

Катастрофа началась не с национализации, а с политизации.

Переломным моментом стал приход к власти Уго Чавеса и события 2002−2003 годов. Чавес видел в независимой и профессиональной PDVSA угрозу своей власти. Когда менеджеры компании вышли на забастовку, требуя уважения к меритократии (принцип управления, при котором руководящие должности занимают самые способные), Чавес совершил акт экономического вандализма.

В прямом эфире, свистя в свисток, он уволил 18 000 сотрудников компании. Это были не просто рабочие — это были геологи, инженеры, топ-менеджеры и ученые.

За одну ночь нефтяная отрасль потеряла свой «мозг». На место профессионалов пришли лояльные режиму люди, которые зачастую не отличали буровую установку от водонапорной башни.

Компания перестала инвестировать в разведку и ремонт оборудования. Вместо этого ее доходы были направлены на популистские социальные программы, импорт продовольствия и поддержку дружественных режимов (например, Кубы). Пока цены на нефть были высокими (до 2014 года), это работало. Мир видел фасад социализма, но фундамент уже сгнил.

Эпоха Мадуро: Хроника свободного падения

Николас Мадуро пришел к власти в 2013 году, когда нефтяной бум закончился. То, что произошло дальше, экономисты называют крупнейшим коллапсом экономики в мирное время за последние 50 лет.

Сравним, как изменилось благосостояние венесуэльцев по сравнению с соседями. Это лучший индикатор провала политики «чавизма».

Экономика страны сократилась на 80% за период 2013—2021 годов. Представьте, что из 100 заводов в стране закрылось 80. Это уровень разрухи, который обычно приносят только тотальные войны.

Гиперинфляция: Деньги как мусор

Когда нефтяные доходы упали, Мадуро решил проблему «гениально» — просто приказал печатать деньги. Это привело к гиперинфляции, которая в 2018 году превысила 130 000%.

Цены в магазинах менялись каждый час. Люди носили деньги рюкзаками, чтобы купить курицу. В результате национальная валюта умерла. Правительство провело три деноминации, зачеркнув в сумме 14 нулей на купюрах. Экономика стихийно перешла на доллар США. Сегодня даже уличный торговец принимает оплату в долларах или через цифровые приложения.

Почему нефть нельзя просто «выкачать»?

Многие думают: «Если у них так много нефти, почему они не продают ее больше, чтобы перекрыть долги?»

Здесь кроется дьявол в деталях. По информации Yahoo Finance, обладать крупнейшими запасами в мире — это одно, а сделать их добычу жизнеспособной — совсем другое.

• Качество нефти: Большая часть венесуэльской нефти (пояс Ориноко) — это так называемая экстратяжелая нефть. По консистенции она напоминает асфальт. Она не течет по трубам сама по себе.
• Технологическая ловушка: чтобы транспортировать такую нефть, ее нужно разбавлять более легкой нефтью (растворителями) или перерабатывать на специальных заводах.
• Разрушение: Апгрейдеры, построенные американскими компаниями в 90-х, годами не ремонтировались и вышли из строя. Растворители раньше покупали в США, но санкции это запретили.

Без технологий и инвестиций нефть Венесуэлы — это просто грязь под ногами, которую невозможно продать. Добыча упала с 3,5 млн баррелей в сутки в 1998 году до менее чем 1 млн в 2025-м.

Наркотики как идея государства

Когда легальная экономика рухнула, режим Мадуро нашел новые источники финансирования, превратив государственный аппарат в криминальную структуру.

«Картель Солнца» (Cartel de los Soles) — это не обычная банда. Это сеть высокопоставленных офицеров армии и чиновников, которые используют государственные самолеты, аэропорты и порты для транзита кокаина из Колумбии в США и Европу. Название происходит от золотых звезд (солнц) на генеральских погонах.

• Через Венесуэлу проходит четверть мирового трафика кокаина.
• В 2024 году этот «бизнес» принес около 8,2 млрд долларов. Именно эти деньги позволяли Мадуро покупать лояльность военных, когда в бюджете не было средств на зарплаты.

Кровавое золото

Потеряв нефтяные доходы, в 2016 году Мадуро открыл для добычи огромную территорию — «Горную арку Ориноко».

• Золото добывают варварскими методами, используя ртуть, которая отравляет реки и джунгли.
• Шахты контролируют не государственные компании, а криминальные синдикаты и колумбийские партизаны, которые делятся прибылью с властью.
• Золото нелегально вывозят на частных самолетах на острова Карибского бассейна или в Турцию и ОАЭ, обходя санкции.

К теме: Мадуро тайно вывез 127 тонн золота в Швейцарию, чтобы его переплавить

Жизнь после Мадуро. Свет в конце туннеля или новая тьма?

После захвата Мадуро 3 января 2026 года власть формально перешла к вице-президенту Делси Родригес.

США и международное сообщество не пошли на полномасштабное вторжение, выбрав путь финансового давления. План стабилизации выглядит так:

• Вводится механизм, по которому нефть продается по рыночным ценам (без скидок Китая), но деньги идут не правительству Родригеса, а на спецсчета для закупки гуманитарной помощи и восстановления инфраструктуры.
• Западные компании (Chevron, Eni, Repsol) получают гарантии безопасности для возобновления добычи.
• Внешний долг Венесуэлы оценивается в фантастические $150−170 млрд. Это вдвое больше, чем весь ВВП страны. Без списания большей части этих долгов экономика не сможет дышать.

Аналитики предупреждают: быстрого чуда не будет. Инфраструктура настолько разрушена, что для возвращения к показателям 2000-х годов понадобится 10−15 лет и более 180 миллиардов долларов инвестиций.

Страна постепенно возвращается к рыночным отношениям. Даже в агросекторе началось оживление: частные фермеры, освобожденные от государственного давления, в 2025 году смогли нарастить экспорт кофе и какао. Это «зеленые ростки» на выжженной земле.

Трагедия Венесуэлы — это жесткий урок для всего мира. Она доказала, что богатство нации — это не то, что лежит в недрах, а то, как работают государственные институты. Популизм, пренебрежение профессионализмом и тотальная коррупция способны уничтожить экономику даже той страны, которая, казалось бы, обречена на успех.

Арест диктатора — это только начало. Впереди у Венесуэлы долгий и болезненный путь детоксикации от криминального государства к нормальной жизни. Но впервые за десятилетия у венесуэльцев появился самый ценный ресурс, который не измеришь баррелями, — надежда.

Автор:

Редактор ленты новостей, журналист Ярослав Голобородько

Пишет на темы: Макроэкономика. Финансы. Инвестиции. Фондовые и валютные рынки. Крипто. Telegram: @goloborodko_ua