Место встречи изменить нельзя ? Или можно ?

Шарапов — Знаешь, мне наверно завтра достанется. Но я ни о чем жалею. Помнишь как мы с тобой плыли с нашего берега через Вислу? А теперь я снова плыву с нашей стороны. А ты теперь находишься на чужом берегу. Ради чего ты готов рисковать жизнью? Ну помнишь как мы мечтали, как заживем после войны ?

Левченко — Жаль, что не мечтал с нами тот гад ...

Шарапов — Кто такой ?

Левченко — … я после госпиталя думал сразу к вам. Под Ковелем наш санитарный поезд немцы разбомбили, мои документы сгорели. В особом отделе докладываю. Так мол и так. Имел судимость, был представлен к снятию судимости, как искупивший вину кровью. А там сидит, крыса тыловая, морду красную раскормил, хоть прикуривай, и говорит, а не значится в вашем деле, таких сведений, так, что рядовой Левченко, отправляйтесь вы во вторую штрафную роту, 306 пехотного полка. Там мне обидно стало. Что же это? Совсем видать нет правды на земле. Сказал я ему пару слов. Он в крик. Дошло до рук, мне трибунал и новый срок. В июне сбежал, с осени с этими гнидами кантуюсь. А куда мне теперь ?

Шарапов — знаешь Левченко, я теперь не твой ротный командир, приказывать тебе не могу, прошу просто как человек, уходи, а если завтра все обойдется, я по всем инстанциям пройду и докажу как ты воевал.

Левченко — Да? А про мои подвиги после побега тоже расскажешь? А тебя я не сдал, потому что ты за спинами ребят не прятался и свой офицерский доппаек втихаря не жрал, и поэтому завтра мы с тобой снова вместе в бой пойдем, а в тюрягу я больше не сяду.