Украинцы потеряли из-за карточного мошенничества 1,4 млрд грн за год, но добиваться возврата этих денег чаще всего приходится через суд. Почему банки почти не рискуют собственными средствами, как искусственный интеллект удешевляет работу мошенников и что изменится, если часть убытков переложить на тех, кто может остановить перевод, объясняет Богдан Овсиенко, основатель агентства AI-автоматизации bovsanka.
С карт украинцев украли 1,4 млрд грн: почему банки не возвращают деньги
В прошлом году украинцы потеряли из-за мошенничества с картами 1,4 млрд грн, и 90 % этих денег выманили методами социальной инженерии. Пока убытки преимущественно несут сами клиенты, у банков, операторов и платформ слишком мало стимулов останавливать мошенников. А искусственный интеллект делает атаки все дешевле.
Мошенничество в Украине уже стало проблемой распределения затрат. Те, кто может остановить перевод, заблокировать номер или удалить фальшивую рекламу, почти ничем не рискуют, а счет получает клиент. Пока это так, защита будет развиваться медленнее, чем мошенничество.
В прошлом году НБУ насчитал 256 тыс. случаев карточного мошенничества — на 5 % меньше, чем в 2024 году. Потери при этом выросли на четверть, до 1,4 млрд грн, а средняя сумма мошеннической операции увеличилась с 4247 до 5536 грн. На онлайн-операции приходится 91 % убытков, а на схемы, в которых владелец карты сам разгласил данные или подтвердил операцию, — 90 %.
И это только карточная статистика. Наличные, которые люди передают курьерам фальшивых «следователей», в нее не попадают. Киберполиция за 2025 год получила 63,4 тыс. обращений граждан.
Меньше атак и большая средняя сумма свидетельствуют о профессионализации. Мошенники работают как бизнес — с кол-центрами, базами персональных данных и дропами для вывода денег — и реагируют на соотношение затрат и прибыли.
Кто платит сейчас
Банк обязан возмещать средства по операциям, которые клиент не инициировал и не подтверждал. Но 90 % убытков возникают тогда, когда клиент сам назвал код или подтвердил перевод, и в таких случаях банки обычно отказывают в компенсации. В ноябре 2025 года Верховный Суд напомнил, что chargeback, то есть оспаривание операции через платежную систему, — право банка, а не обязанность, и отказал клиенту, который сам совершил 22 платежа мошенникам.
Когда же клиент не разглашал данные, суды нередко становятся на его сторону и возлагают бремя доказывания на банк. Местные суды обязывали ПриватБанк, monobank и Ощадбанк вернуть клиентам от 68 до 126 тыс. грн. Однако для этого нужно идти в суд. Показательно, что за 2025 год НБУ получил лишь 1284 письменных обращения по поводу мошенничества, хотя мошеннических операций было 256 тыс.
Законопроект, который появился в Раде в мае, требует от банков незамедлительно возвращать средства по неавторизованным операциям. Но самого распространенного случая, когда человек под давлением мошенника собственноручно подтверждает платеж, он не касается.
Как банки блокируют переводы
Самый заметный инструмент — «Антифрод», пилотный проект, в котором с мая 2025 года полиция и банки обмениваются данными. В прошлом году в нем зафиксировали 4539 случаев онлайн-мошенничества, а благодаря принятым мерам банки заблокировали 145 млн грн. Для понимания масштаба: это примерно десятая часть годовых убытков от карточного мошенничества.
Второй инструмент — лимиты. НБУ вместе с банками ограничил переводы с карты на карту и по IBAN суммой 100 тыс. грн в месяц, а для клиентов без прозрачных доходов — 50 тыс. грн. Объем P2P-переводов за 2025 год сократился на 80 млрд грн. Однако лимиты вводили прежде всего против теневых схем, а средняя сумма мошеннической операции составляет 5,5 тыс. грн, поэтому жертву они почти не защищают.
Третье направление — дропы, через счета которых выводят деньги. По словам НБУ, один дроп пропускает через себя 2−2,5 млн грн в год. Закон № 16013, который Рада приняла 28 октября, устанавливает штраф до 17 тыс. грн за передачу своей карты, а за повторные действия или участие в организованной группе — до шести лет лишения свободы. В реестре дропов, который готовят Госфинмониторинг и НБУ, уже более 40 тыс. человек, но заработать он не может без принятия законопроекта № 14161.
Один участник этой схемы почти ничем не рискует. Банк, на счет в котором поступают украденные деньги, не компенсирует жертве ни гривны, даже если обслуживает дропа. Прямого финансового стимула быстрее закрывать такие счета у него нет.
Искусственный интеллект удешевляет атаку
Я сам создаю голосовые AI-системы для бизнеса, поэтому хорошо вижу, как мало сегодня стоит убедительный синтетический голос. Самый дешевый тариф популярного сервиса с мгновенным клонированием голоса стоит $6 в месяц. Consumer Reports в прошлом году проверил шесть таких сервисов, и четыре из них требовали от пользователя лишь поставить отметку, что он имеет право клонировать этот голос.
Для мошенника это более низкая себестоимость каждой попытки и более высокая конверсия. Deloitte прогнозирует, что генеративный AI может увеличить убытки от мошенничества в США с $12,3 млрд в 2023 году до $40 млрд в 2027-м.
Как распределяют ответственность другие страны
С октября 2024 года британские банки обязаны компенсировать потери от мошеннических переводов в пределах £85 тыс. С клиента могут удержать до £100, а остальное поровну оплачивают банк отправителя и банк получателя. За первые 18 месяцев пострадавшим вернули £316 млн, то есть 88 % потерянного. Независимое исследование, которое регулятор опубликовал в июле 2026 года, оценило сокращение потерь от таких схем в £73 млн в год и пришло к выводу, что банки получили более сильный стимул инвестировать в профилактику.
Сингапур с декабря 2024 года делит ответственность между банками и операторами связи. Банки, в частности, вводят 12-часовую паузу на рискованные операции после активации доступа на новом устройстве и мгновенно уведомляют клиента о переводах, а операторы фильтруют мошеннические SMS. Убытки первыми компенсируют банки, если не выполнили своих обязанностей, затем операторы, и только когда все обязанности выполнены, потери несет клиент.
Общее в этих моделях одно: убытки несет тот, кто мог остановить мошенничество и не сделал этого. Тогда защита становится для компаний вопросом прибыли.
Что стоит сделать Украине
Компенсация за мошенничество «от имени» банка, полиции или СБУ. С лимитом и франшизой для клиента, чтобы он не терял осторожности. Расходы делят банк отправителя и банк получателя, поэтому платит и тот, кто обслуживает дропа.
Четкие обязанности для банков. Задержка первого значительного платежа новому получателю, если клиент прямо сейчас разговаривает по телефону, подтверждение входа с нового устройства, мгновенные уведомления. Кто не выполнил обязанность, тот и компенсирует.
Обязанности для операторов и платформ. Блокировка подменных номеров, фильтрация SMS, удаление мошеннической рекламы после сообщения о ней.
Прозрачная статистика. Публиковать вместе с суммой потерь долю возвращенных средств и данные в разрезе банков, чтобы клиенты могли выбирать банк по уровню защиты.
Инфраструктура. Принять закон о реестре дропов и перевести «Антифрод» из пилотного проекта в постоянный режим 24/7.
Выдержат ли это банки? Все убытки от карточного мошенничества за 2025 год составляют около 1,1 % чистой прибыли банковской системы, которая в прошлом году достигла рекордных 126,8 млрд грн. Перекладывать на банки все потери не нужно. Достаточно, чтобы часть счета получали те, кто может остановить мошенничество.
Мошенничество реагирует на цены, как любой рынок. Пока за ошибки системы платит преимущественно клиент, остальные участники будут вкладывать в защиту ровно столько, сколько считают нужным. Искусственный интеллект делает атаку дешевле уже сегодня, и вопрос лишь в том, кто оплатит разницу.
Комментарии - 2