Депозит по наследству, чужой кредит и арест счетов: главные банковские споры месяца

С какими проблемами столкнулись наши читатели, что советуют юристы и банкиры, чтобы избежать их в будущем, расскажем в свежем обзоре Народного рейтинга банков.

В последний весенний месяц в рейтинге свои позиции изменили несколько финучреждений:

• Прокредит Банк и МТБ Банк поменялись местами, теперь они занимают 7-ю и 6-ю позиции соответственно;

• ПУМБ потерял сразу две позиции и сместился на 22 место. При этом Кредит Днепр поднялся на 20-ю строчку;

• Укрсиббанк в очередной раз вытеснил с 25-го места Сенс, который, соответственно, перешел на 26-е.

Состав первой пятерки в мае такой: Абанк, monobank, Альянс, Глобус и Юнекс. В целом за звание народного любимца соревнуются 29 банков.

Может ли банк не отдать депозит наследнику: что показал реальный случай с Sense Bank

Получение наследства далеко не всегда означает быстрый доступ к унаследованным деньгам. В этом убедилась клиент Sense Bank Татьяна Рахубовская, которая пожаловалась на невозможность получить депозит умершего родственника даже после оформления всех наследственных документов.

По словам клиентки, владелец депозита скончался в октябре 2025 года. Незадолго до этого вклад автоматически пролонгировался на новый срок. После получения свидетельства о праве на наследство наследница обратилась в банк с требованием выдать денежные средства, однако получила отказ.

«…банк заявляет: «Поскольку пролонгация произошла при жизни вкладчика, договор законный и будет действовать до 2027 года. Смерть владельца ничего не меняет — ждите еще год», — пишет автор отзыва.

Клиентка считает такую позицию незаконной, и по этому поводу она уже обратилась с жалобой в НБУ и Совет бизнес-омбудсмена.

Позиция экспертов

В Sense Bank по запросу «Минфина» объяснили: все зависит от условий конкретного депозитного договора. Если вклад не предусматривает досрочного расторжения, его действие не прекращается автоматически после смерти клиента.

«Наследник унаследует все действующие условия договора. Поскольку вклад срочный и не предусматривает досрочного снятия, наследник обязан дождаться даты завершения действия депозита», — отметили в пресс-службе Sense Bank.

В финучреждении также отметили, что аналогичный подход применяется и к депозитам, которые были автоматически пролонгированы при жизни вкладчика. В таком случае наследник должен ждать завершения текущего срока действия договора.

Свою позицию банк обосновывает нормами Гражданского кодекса Украины. В частности, статья 1218 предусматривает, что в состав наследства входят все права и обязанности наследодателя, которые не прекратились в результате его смерти. Статья 1228 определяет, что право на вклад входит в состав наследства, независимо от способа распоряжения им.

Агрументацию финучреждения полностью поддерживают юристы: они обращают внимание, что в подобных спорах решающее значение имеют условия конкретного договора.

Как пояснил «Минфину» адвокат ЮК «Приходько и партнеры» Илья Колесник, смерть вкладчика сама по себе не прекращает депозитный договор. Права требования по вкладу переходят к наследникам вместе с другими имущественными правами.

«Если депозит срочный и договор не предусматривает права на досрочный возврат средств, банк может ссылаться на необходимость соблюдения срока вклада. В то же время, если вкладчик при жизни имел право досрочно расторгнуть договор, такое право, как правило, переходит и к наследнику», — объясняет юрист.

По его словам, в случае несогласия с позицией банка, наследник может обратиться в финучреждение с письменным требованием о выплате средств, подать жалобу или отстаивать свои права в суде.

«Если будет установлено, что банк без достаточных правовых оснований препятствует наследнику реализовать право на получение наследственного имущества, такие действия могут рассматриваться, как ограничение права собственности», — отмечает Илья Колесник.

Вместе с тем эксперт отмечает, что оценка правомерности действий банка зависит от условий депозитного договора и конкретных обстоятельств дела.

На момент підготовки матеріалу izibank не відповів ані на скаргу клієнтки, ані на запит «Мінфіну».

Мошенники оформили кредит на ваше имя: имеет ли право банк начислять проценты

С развитием дистанционного банкинга растет не только удобство финансовых услуг, но и количество конфликтов, связанных с киберпреступностью. Один из таких случаев описала клиент izibank Виктория Лысенко, которая утверждает, что мошенники получили доступ к ее банковскому приложению и оформили на ее имя кредит на 65 тыс. грн.

По словам клиентки, еще в январе этого года она обратилась в банк и предоставила документы об открытии уголовного производства, а также выписку из Единого реестра досудебных расследований. Впоследствии она повторно отправляла обращение на официальные электронные адреса банка с просьбой разобраться в ситуации.

Впрочем, как утверждает заявитель, официального ответа на свои обращения она так и не получила. При этом, по ее словам, банк продолжает начислять проценты по кредиту.

«Банк сознательно начисляет проценты на мошеннический кредит, зная об уголовном деле с января», — возмущается Виктория Лысенко.

Клиентка требует прекратить взыскание средств, провести служебное расследование и учесть факт наличия уголовного производства при рассмотрении дела.

Что говорят эксперты

На момент подготовки материала izibank не ответил ни на жалобу клиентки, ни на запрос «Минфина».

В то же время юристы отмечают: сам факт возбуждения уголовного производства еще не означает автоматического признания кредита мошенническим.

Как объясняет адвокат Адвокатского бюро «Ивана Хомича» Елена Воронкова, внесение сведений в ЕРДР лишь подтверждает начало расследования, но не доказывает отсутствие обязательств по кредитному договору.

«То, что должны обязательно учитывать как государственные, так и не государственные учреждения, — это только вступившие в законную силу судебные решения, а не факт наличия уголовного производства по этому поводу», — отмечает юрист.

В то же время после получения заявления клиента о возможном мошенничестве банк должен провести внутреннюю проверку обстоятельств оформления кредита.

По словам Елены Воронковой, если будет установлено, что получение кредита стало возможным из-за нарушения процедур безопасности или недостатков со стороны банка, финансовое учреждение должно пересмотреть свои претензии к клиенту. Однако на практике банки крайне редко признают свои ошибки без дополнительного судебного разбирательства.

Отдельный вопрос — начисление процентов и работа с просроченной задолженностью во время расследования.

Юрист отмечает, что открытие уголовного производства само по себе не останавливает действие кредитного договора. Поэтому банк формально имеет право продолжать начисление процентов, в соответствии с его условиями. В то же время во время военного положения действуют законодательные ограничения по применению штрафных санкций к заемщикам.

По мнению эксперта, в подобных ситуациях клиенту следует параллельно действовать сразу в нескольких направлениях: обращаться в банк, подавать заявление в правоохранительные органы, жаловаться в Нацбанк и, при необходимости, отстаивать свои права в суде.

«Скорее всего, человеку придется обращаться в суд с целью признания кредитного договора недействительным», — отмечает Елена Воронкова.

Если в ходе уголовного производства будет установлено личность мошенника и суд признает факт незаконного оформления кредита, это может стать основанием для аннулирования задолженности и возобновления кредитной истории пострадавшего клиента.

Судебная практика свидетельствует, что решающее значение будет иметь ответ на вопрос: способствовал ли сам пользователь получению доступа к своим данным или мошенничество стало возможным из-за недостатков систем защиты банка. Во втором случае клиент может претендовать не только на отмену долга, но и на возмещение причиненного морального ущерба.

«Крашеные» деньги под арестом: могут ли исполнители списывать средства государственных программ

Еще один спорный случай касается денег государственных программ и возможности обращения взыскания на них в рамках исполнительного производства.

Клиент Абанка под ником Владимир Белогуб сообщил: с его счета были списаны деньги, полученные по государственной программе «Скрининг здоровья 40+». По словам клиента, он не успел воспользоваться выплатой по ее целевому назначению, поскольку деньги были взысканы частным исполнителем.

Автор отзыва убежден, что такого списания не должно было произойти вообще.

«…система банка должна была заблокировать это списание. Средства по программе „Скрининг здоровья 40+“ зачисляются на счет со специальным режимом использования (так называемые „крашеные деньги“, аналогично прежней „єПідтримки“)… Деньги принадлежат государству и если я не воспользовался ими, возвращаются государству…», — уверен автор отзыва.

Позиция банкиров и юристов

В Абанке с такой интерпретацией ситуации не согласны.

В ответе на обращение клиента банк подчеркнул, что порядок взыскания средств определяется не условиями государственной программы, а положениями Закона Украины «Об исполнительном производстве».

В финучреждении отмечают, что действующее законодательство содержит перечень счетов и средств, на которые не может быть обращено взыскание. В то же время счета, открытые для получения выплат по программе «Скрининг здоровья 40+», пока не включены в такой перечень.

«На сегодняшний день в Законе об исполнительном производстве отсутствует норма, которая предоставляла бы счетам для подобных государственных программ запрет от взысканий, поэтому, с юридической точки зрения, этот счет является обычным текущим счетом физического лица», — пояснили в банке.

Там также подчеркнули, что после получения постановления исполнительной службы или судебного решения банк обязан выполнить его в установленном законом порядке и не вправе самостоятельно игнорировать требования исполнителя.

Юристы обращают внимание, что ключевым в таких спорах является именно правовой статус денег конкретной государственной программы.

Как объясняет адвокат ЮК «Приходько и партнеры» Илья Колесник, если нормативные акты, регулирующие программу, устанавливают специальный режим использования средств или прямой запрет на обращение взыскания, такие выплаты могут пользоваться дополнительной правовой защитой.

В то же время сам факт целевого назначения средств еще не означает автоматический иммунитет от ареста.

«Только в случае если закон прямо не устанавливает запрет на обращение взыскания на такие средства. Если специальная защита предусмотрена законодательством, арест и принудительное списание могут быть признаны неправомерными», — отмечает адвокат.

Не менее важен вопрос роли самого банка.

По словам юриста, финансовое учреждение должно соблюдать законодательные требования по счетам со специальным режимом использования. Однако возможность автоматически определять статус каждой выплаты зависит от того, насколько четко такой механизм предусмотрен нормативной базой и реализован в банковских системах.

В случае, если клиент считает списание незаконным, он может обратиться к исполнителю с требованием вернуть деньги, обжаловать его действия или подать иск в суд.

«Клиент может предоставить документы, подтверждающие специальный статус средств и запрет на обращение на них взыскания», — отмечает Илья Колесник.

Ложный должник: как одно несоответствие в данных может оставить клиента без денег

Еще один читатель «Минфина» под ником firehorse оставил отзыв, в котором рассказал, что его счета в Приватбанке были заблокированы, а деньги списаны на основании исполнительного документа, который содержал очевидные разногласия в персональных данных.

По словам клиента, указанный в документе налоговый номер совпадал с его собственным, однако дата рождения человека, в отношении которого осуществлялось взыскание, принадлежала человеку, который младше на 34 года. Несмотря на это, банк, как утверждает автор отзыва, автоматически выполнил постановление: заблокировал счета, списал имеющиеся средства и аннулировал кредитный лимит.

Особое возмущение клиента вызвало то, что банк не учел уже содержащуюся в собственных базах данных информацию.

«Система не посмотрела, что я их клиент почти десять лет. Она проигнорировала тот факт, что в их же собственной основе я считаюсь человеком совсем другого возраста. Приватбанк добровольно отказался от роли доверенного партнера, превратившись в бездушный исполнительный механизм, работающий против своего клиента», — резюмирует firehors.

В итоге, по словам автора отзыва, он решил перевести зарплатный проект в другой банк, поскольку потерял доверие к системам безопасности Приватбанка.

Мнение экспертов

Приватбанк никак не прокомментировал ситуацию, описанную клиентом, и не дал ответа на запрос редакции «Минфина», в котором мы пытались выяснить, в частности, обязан ли банк проверять корректность идентификационных данных в исполнительных документах перед арестом счетов, или он должен действовать исключительно как исполнитель полученного решения.

Впрочем, эксперты отмечают, что подобные ситуации находятся на стыке ответственности банка и исполнительной службы.

Как объясняет адвокат ЮК «Приходько и партнеры» Илья Колесник, для надлежащей идентификации должника обычно используются сразу несколько параметров: фамилия, имя и отчество, регистрационный номер учетной карточки налогоплательщика, дата рождения и другие идентификационные данные.

«Самым надежным идентификатором физического лица является именно РНУКПН», — отмечает юрист.

В то же время он отмечает, что банк не уполномочен проверять законность или обоснованность исполнительного документа. Его обязанность — выполнить постановление исполнителя в определенном законом порядке.

Вместе с тем финансовое учреждение должно корректно идентифицировать человека, в отношении которого применяются ограничения.

По словам адвоката, в случае наличия очевидных противоречий или технических ошибок банк может обратиться к исполнителю для уточнения информации, хотя пределы такой проверки законодательством четко не определены.

Именно поэтому ключевой вопрос в подобных конфликтах состоит в установлении источника ошибки: возникла ли она при оформлении исполнительного документа, или уже на этапе его выполнения.

«В большинстве случаев ответственность возлагается на человека или орган, который допустил ошибку при оформлении или выполнении документа. Это может быть исполнитель или орган, выдавший исполнительный документ. Вопрос ответственности банка решается отдельно, в зависимости от того, допустил ли он собственные нарушения», — объясняет Илья Колесник.

Если клиент считает арест ошибочным, он имеет право обжаловать действия исполнителя, потребовать снятия ареста и возврата списанных средств. Также возможно обращение в Министерство юстиции Украины.

Кроме того, по словам эксперта, законодательство допускает возможность взыскания материального и морального ущерба, если будет доказан факт противоправных действий, наличие ущерба и причинно-следственная связь между ними.

Автор:

Журналист Ирина Рыбницкая

Пишет на темы: Налоги, инвестиции, бизнес, финансы, банки