ВХОД
Вернуться
15 декабря 2011, 18:10

Мировая металлургия переживает очередной кризис

Мировая металлургия переживает очередной кризис. Не избежать его и отечественным производителям металла. В Европе остановлены мощности по производству 26 млн т стали в год. Сегодня эта цифра сопоставима с выпуском аналогичной продукции всеми металлургическими заводами нашей страны вместе взятыми, пишет Еженедельник 2000.

И хотя пресс-службы все еще рапортуют «о неуклонном росте зарплат в горно-металлургическом комплексе (ГМК) Украины», в профсоюзах уже высказали опасения относительно сокращения всех видов выплат до конца года.

Иллюзия достатка

Сегодня информационные службы метпредприятий открыто озвучивают суммы своих ежегодных фондов оплаты труда, что еще недавно сложно было представить. И цифры там называются достаточно солидные. Создается впечатление, что металлурги стали лучше жить. Так ли это?

Дело в том, что фонд оплаты труда (ФОТ) — весьма относительный показатель. Особенно после того, как высшие менеджеры начали получать по 100—150 тыс. грн в месяц, а рабочие — по 2—3 тыс. То есть ФОТ, например сталеплавильного цеха с количеством сотрудников до 1 тыс. человек, практически равен аналогичному фонду, например отдела сбыта и маркетинга, где работает 15—20 менеджеров.

Показатель средней зарплаты тоже не отражает картину в полной мере. Например, средняя зарплата по отрасли за 2010 г. составляла 3274 грн. За 1-е полугодие 2011 г. — 3819 грн по всем предприятиям ГМК и 4096 грн — на заводах черной металлургии. Но опять же, учтены все зарплаты — и рабочих, и руководителей. Это как «средняя температура по больнице».

Вообще на предприятиях практически половина сотрудников имеют ставки до 3 тыс. грн, 5% — более 5 тыс. грн, 3% — до 12 тыс. грн. Ну, а менеджмент — это отдельная история. Доход начальников цехов может достигать и 30—40 тыс. грн в месяц.

Тем не менее профкомам удалось сохранить на большинстве предприятий советскую систему надбавок и доплат, которые являются неотъемлемой частью отраслевого соглашения между государством, профсоюзом и собственниками. Например, за работу в тяжелых и вредных условиях надбавки составляют от 8% до 24%. За интенсивность труда — до 12%, за работу в ночное время — 40%, за труд в вечернее время — 20% и т. д. и т. п.

На какую же сумму в месяц может рассчитывать среднестатистический рабочий горячего цеха металлургического комбината с учетом надбавок и доплат? Здесь все очень индивидуально. Есть работники, например горновые 7-го разряда, которые получают и по 11 тыс. грн в месяц.

Представители владельцев заводов любят рассказывать о низкой производительности труда в отрасли. Мол, в нашей стране на одного рабочего производится не более 500 т стали в год, а в развитых странах этот показатель достигает 1300 тонн. Поэтому и зарплата одного европейского металлурга делится у нас между пятью сотрудниками.

Но ведь на 1$ зарплаты у нас производят в четыре раза больше стали, чем на Западе, получая при этом в 20 раз меньше зарубежных коллег. В структуре затрат их комбинатов доля зарплаты превышает 30%, а у нас — редко когда достигает 15%.

В связи с сокращением производства продукции ГМК в кризисные периоды рабочих часто переводят на неполный рабочий день, неделю и т. п. При этом и зарплата насчитывается соответственная.

Труд взаймы

На современном западном мини-заводе производительностью 1 млн. т стали в год работает 600 сотрудников. На таком же предприятии у нас — более 2 тыс. человек. Почему же так происходит? Дело в том, что на Западе многие вспомогательные службы не входят в структуру завода. Там процветает аутсорсинг* и аутстаффинг**. Используется т. н. заемный труд. Хозяева отечественных предприятий сегодня тоже пошли по этому пути. Впрочем, Россия уже пережила подобное. И Госдума даже проголосовала законопроект о запрете заемного труда в первом чтении. Известно, что и Профсоюз горняков и металлургов Украины инициирует запрет на такую форму трудовых отношений и подготовил соответствующий законопроект.

Заемный труд получает широкое распространение, как правило, в кризисные периоды. Таким образом, собственники снижают производственные издержки бизнеса. Несмотря на то, что лигитимность заемного труда признала Международная организация труда, только 18 из 178 стран ее участников подписали соответствующие конвенции. Еще ряд государств (Германия, например) приняли серьезные ограничения на использование аутсорсинга и аутстаффинга. По таким схемам там не могут работать отдельные категории сотрудников. Прежде всего на вредном и опасном производстве.

В стране есть КЗоТ, где о заемном труде не сказано ничего. Тем не менее заявители проигрывают суды кадровым агентствам — аутсорсерам, ведь наша Фемида придерживается принципа: «Что не запрещено, то разрешено». Но эта деятельность не урегулирована. А значит, есть широкий простор для злоупотреблений. Такими работодателями игнорируются нормы отраслевого соглашения. Нарушаются законы «Об отпусках», «О пенсионном обеспечении», «Об охране труда».

Так, работник остается без любых гарантий занятости. Заемный труд — это ведь разновидность временной работы. В любой момент его могут уволить, перевести на другой объект, урезать зарплату. Непостоянная работа лишает человека выплат за выслугу лет. С почти стопроцентной вероятностью можно сказать, что кадровые агентства не будут оплачивать больничные листы, отпуск по уходу за ребенком, проводить медосмотры, выделять путевки.

Фактически работая на вредном производстве, сотрудник формально числится в кадровом агентстве. Это значит, что он, во-первых, лишается страховки, т. к. аутсорсер не относится к тому же классу профессионального риска, что и предприятия, где фактически человек трудится. Во-вторых, остается без льготной пенсии, ведь воздействия вредных производственных факторов в кадровом агентстве нет.

На практике это выглядит следующим образом. Например, предприятие свой железнодорожный цех, в котором трудилось 1,2 тыс. человек, переводит в некое ООО. В результате люди остаются на своих рабочих местах, выполняют привычную для них работу, но в одночасье лишаются всех доплат, надбавок и льгот. Машинисты тепловозов, которые возили чугуно- и сталевозы, машинисты технологических кранов, которые работали в горячих цехах, — их профессии попадали в 1-й и 2-й списки работ с особо опасными и вредными условиями труда. А сейчас они становятся обычными сотрудниками кадрового агентства.

Многие металлурги отказывались от переводов, так как аутсорсер увеличивал объем работ, а зарплату — урезал. В результате этих работников увольняли «в связи с ликвидацией структурных подразделений».

Наиболее тяжелая ситуация с заемным трудом в металлургии сложилась в Донецкой и Днепропетровской областях.

А вот криворожские профкомы сработали образцово показательно. Так, на местных предприятиях — Ингулецкий, Центральный, Северный ГОКи, «Сухая Балка», «Кривбассвзрывпром» и завод горного оборудования — создали 24 новых предприятия с 7124 сотрудниками. Их перевод с основного предприятия осуществлялся только путем подачи заявлений. Исключение составляет лишь «Сухая Балка», где людей увольняли с выплатой единовременного пособия. Работодатель выдавал каждому рабочему гарантийное письмо о сохранении за ними трудовых функций. На Ингулецком ГОКе заключался протокол сроком на год между аутсорсером, администрацией комбината и профкомом. В документе были закреплены все социальные и экономические гарантии действующего коллективного договора: график, место и режим работы, профессия, льготы и компенсации, условия оплаты труда и т. п.

В результате деятельности профкомов 95% работников Кривого Рога, переведенных на аутсорсинг, остались членами профсоюза. А на всех новых предприятиях сохранены прежние льготы.

Сегодня снова ведутся разговоры о свежей волне сокращений. Выдержат ли новые вызовы профсоюзы?

Опубликовано на minfin.com.ua 15 декабря 2011, 18:10
Следить за новыми комментариями

Комментарии (1)

+
0
Toha
Toha
15 декабря 2011, 18:24
toha, Столица!
#
Реалистичная статья

Написать комментарий

Чтобы оставить комментарий, нужно войти или зарегистрироваться
 
×
окно закроется через 20 секунд