► Читайте телеграмм-канал «Минфина»: главные финансовые новости
Финансовая консультантка Сэнди Адамс за 30 лет работы научилась подмечать изменения в поведении клиентов, которые могут свидетельствовать о развитии деменции. Среди них — внезапные просьбы снять большие суммы денег, повторение тех же вопросов несколько раз в неделю, необычный страх перед фондовым рынком или забытые встречи.
Адамс работает в центре финансового планирования в штате Мичиган. Около 75% ее клиентов — люди от 65 до 95 лет, поэтому она особенно внимательна к таким сигналам.
«Если не следить за этим внимательно, можно просто не заметить изменений», — говорит консультант. По ее словам, людей с когнитивными нарушениями становится все больше, поэтому специалисты пытаются выявлять проблему как можно раньше.
Связь между ухудшением когнитивных способностей и финансовым поведением давно была замечена в финансовой отрасли. Теперь его все активнее исследуют ученые. Одно из недавних исследований показало, что у людей, у которых впоследствии диагностируется болезнь Альцгеймера или другая форма деменции, могут иметь финансовые проблемы задолго до установления диагноза. В частности, они чаще пропускают платежи по счетам и получают более низкие кредитные рейтинги.
Финансовые проблемы могут появиться за годы до диагноза
Выявить деменцию на ранней стадии непросто. Ее симптомы отличаются в зависимости от человека, а незначительные изменения зачастую воспринимают как обычные проявления старения. По словам Лорен Герш Николас, экономистки в сфере здравоохранения и профессора медицины Университета Колорадо в Аншутке, многие получают диагноз только тогда, когда симптомы становятся выраженными.
Более десяти лет она исследует связь между деменцией и управлением личными деньгами. По ее мнению, именно финансовое поведение может помочь заметить первые изменения.
«Большинство способностей, необходимых для управления финансами, относятся к тем, которые деменция поражает прежде всего», — объясняет Николас. Речь идет о способности своевременно оплачивать счета, оценивать инвестиции и распознавать мошенничество. На ранних стадиях изменения могут быть настолько незаметны, что их первыми отмечают близкие или люди, регулярно общающиеся с человеком.
В одном из последних рабочих исследований Николас и его соавторы обнаружили, что за шесть лет до появления клинически заметных признаков деменции разница в среднем благосостоянии домохозяйств между людьми, у которых впоследствии развилось заболевание, и другими участниками исследования выросла почти на $100 тыс.
Ученые не связали эту разницу с большими затратами на медицинскую помощь или сокращением доходов. Вероятным объяснением они назвали ухудшение способности принимать финансовые решения.
Люди, годами работающие с клиентами, могут заметить такие изменения раньше других. Именно на это рассчитывает американская организация AARP, защищающая интересы людей постарше. В 2019 году она запустила программу BankSafe для обучения сотрудников финансовых учреждений.
По оценкам организации, с тех пор подготовку прошли сотрудники более 1500 учреждений, а благодаря программе удалось предотвратить потребительские финансовые потери на $550 млн. Работников обучают распознавать необычное поведение клиентов, защищать пожилых людей от мошенничества и заранее предлагать им определиться с доверенным лицом.
Адамс хотела бы пойти дальше и привлекать врачей к обычным встречам по финансовому планированию, чтобы клиенты могли проходить неврологическое обследование. Однако этому мешают требования по конфиденциальности, регуляторные ограничения и недостаточное сотрудничество между медицинской и финансовой сферами.
«К сожалению, наши возможности очень ограничены, и это огорчает», — говорит она.
Пока консультант может только советовать клиентам пройти обследование. Также она сохраняет контакты доверенных лиц, старается как можно раньше вовлекать в разговоры родственников и фиксирует звонки в свой офис, чтобы замечать повторяющиеся вопросы и изменения в поведении.
Впрочем, привлекать врачей к анализу личных финансов пациентов тоже непросто. «Было бы странно, если бы мы начали учить врачей разбираться в финансах людей. Вряд ли кто-нибудь захочет, чтобы во время приема его просили показать историю покупок на Amazon, изменения в пенсионном счете или банковскую выписку, а затем переходили к измерению холестерина, роста и веса», — отмечает Николас.
Сможет ли искусственный интеллект выявлять риск деменции.
Исследователи предлагают другой способ объединить финансовую и медицинскую сферы — создать алгоритм, анализирующий финансовое поведение и поиск признаков возможного когнитивного ухудшения.
Для этого ученые хотят использовать кредитные данные, накопленные за многие годы. Их цель — выявлять закономерности, которые могут свидетельствовать о повышенном риске деменции. Такой алгоритм не будет устанавливать диагноз, а сигнализировать, что человеку может понадобиться дополнительное когнитивное обследование.
В настоящее время врачи диагностируют деменцию с помощью когнитивных тестов, обследований мозга и других процедур. Они могут быть дорогими и не всегда доступными. Кроме того, обследования часто проводятся уже после того, как близкие замечают серьезные изменения.
Использование данных, уже имеющихся в кредитных отчетах, могло бы сделать раннее выявление нарушений более дешевым и менее обременительным для пациентов.
Кароль Роан Грезенц, деканка Школы государственной политики Маккорта Джорджтаунского университета, также исследующая эту тему вместе с Федеральным резервным банком Нью-Йорка, сравнивает такой подход с массовым медицинским обследованием.
«Конечно, можно было делать всем компьютерную томографию, скажем, с 55 лет. Но это было бы очень дорого и требовало обеспечить всем людям доступ к медицинской помощи», — объясняет она.
Грезенц надеется в ближайшие месяцы представить для научного рецензирования работу, в которой ее команда проанализировала тысячи показателей по анонимизированным кредитным данным. Исследователи ищут закономерности, которые могут свидетельствовать о когнитивных нарушениях.
Параллельно Николас получила первоначальное финансирование по разработке модели искусственного интеллекта. Она должна анализировать финансовые изменения, связанные с деменцией, используя кредитные данные за 20 лет. К работе привлечена лаборатория машинного обучения и аналитики здравоохранения университета.
В перспективе Николас хочет создать систему оценки риска деменции, которую врачи могли бы использовать при планировании лечения. По замыслу исследовательницы, такой показатель будет сходен с кредитным рейтингом, с помощью которого банки оценивают вероятность того, что заемщик не вернет кредит.
Она также рассматривает возможность использования алгоритма финансовыми учреждениями, в частности, при принятии решения о временном блокировании подозрительной операции.
Чем подробнее данные, тем больше возможностей для анализа, считает Николас. К примеру, информация о движении средств на банковских счетах и покупках может помочь выявить импульсивные расходы или склонность становиться жертвой мошенничества. Самих кредитных отчетов для этого может оказаться недостаточно.
Однако исследовательница признает, что такой подход вызывает вопрос о конфиденциальности. «Это все больше похоже на вмешательство в личную жизнь», — отмечает она.
Риски для конфиденциальности и финансовой свободы
Финансовые учреждения уже используют алгоритмы для выявления мошенничества, финансовых злоупотреблений и попыток эксплуатации пожилых людей. Однако эти системы не предназначены для поиска признаков деменции.
К примеру, американский M&T Bank Corp. со штаб-квартирой в Баффало имеет отдельную команду, которая отслеживает возможные случаи финансового насилия в отношении пожилых клиентов. В этом году ее работники прошли обучение по программе AARP BankSafe.
Руководитель банковского подразделения по соблюдению законодательства о банковской тайне и противодействию отмыванию денег Мэтт Гаслингер отмечает, что необычная операция сама по себе не должна быть основанием для ограничения доступа клиента к счету.
«Наша цель — не блокировать счет всякий раз, когда мы замечаем что-то необычное. Мы стремимся своевременно оценивать риски и защищать клиента от ущерба, не препятствуя его законной банковской деятельности. Иногда это сложно, ведь такая оценка может быть очень субъективна», — объясняет он.
Использование финансовых данных для оценки когнитивного состояния человека может иметь серьезные последствия. Если банк обозначит клиента как потенциально уязвимого, это может повлиять на его доступ к кредитам, трудоустройству и другим возможностям.
Гаслингер считает, что банки не должны брать на себя роль медицинских учреждений.
«Исследования, помогающие выявлять финансовую уязвимость и возможную эксплуатацию людей, имеют ценность. Но я не считаю, что банки должны диагностировать у клиентов когнитивные нарушения или деменцию. Любое подобное решение требует очень строгого надзора», — отмечает он.
Вопрос ответственности банков уже становился предметом судебного разбирательства. В 2024 году федеральный судья отклонил иск семьи клиента JPMorgan, у которого развилась деменция, а состояние сократилось по меньшей мере с $50 млн до $1,5 млн.
Суд решил, что доказательств осведомленности банка о когнитивных нарушениях клиента и их влиянии на его способность принимать финансовые решения недостаточно. Семья обжаловала это решение.
Несмотря на потенциальные преимущества, алгоритмы выявления риска деменции пока далеки от практического применения. Сами исследователи отмечают, что их разработки еще не готовы к использованию в медицине.
Прежде всего, нужно обеспечить точность и безопасность таких систем. Данные о финансово уязвимых людях могут попасть в руки мошенников. Кроме того, одно и то же финансовое поведение может иметь разные причины в зависимости от обстоятельств.
Например, если человек и раньше регулярно задерживал платежи, алгоритм не должен автоматически трактовать это как признак когнитивного ухудшения. Система также должна учитывать различия в финансовом поведении людей в зависимости от их социально-экономического положения и расовой принадлежности.
Есть и другая проблема: не все хотят заранее знать о риске неизлечимого заболевания. Исследователи сравнивают такие алгоритмы с генетическими тестами, позволяющими оценить вероятность развития рака молочной железы. Однако в этом случае раннее выявление риска может существенно повысить шансы на выживаемость, тогда как для деменции ситуация иная.
Важно также определить, кто получит доступ к такой оценке и сможет ли человек самостоятельно согласиться на анализ или отказаться от него.
«Ранняя диагностика имеет огромные преимущества. Но она также имеет свою цену», — говорит Грезенц.
Пока ученые ищут технологические решения, одним из самых действенных способов помочь людям может быть обычная информированность семьи о связи между финансовым поведением и когнитивным здоровьем.
Это подтверждает история американки Джен Декартерет, потерявшей мужа Джерри из-за болезни Альцгеймера в 2023 году. Они прожили вместе 60 лет. Джерри был инженером-электриком, любил решать сложные задачи, заниматься садоводством и ремонтировать здание. На пенсии супруги играли в гольф.
Приблизительно за десять лет до смерти мужа Джен начала замечать, что он меняется. После еженедельных игр в гольф Джерри обычно подсчитывал результаты участников и записывал их показатели. Раньше эта работа занимала несколько часов. Впоследствии он мог просидеть за компьютером целый день, пытаясь выполнить ту же задачу.
«Оглядываешься назад и понимаешь, что были маленькие вещи, которые он начал делать иначе», — вспоминает Джен.
Со временем симптомы усилились: мужчина мог закрываться в комнатах, терял интерес к привычным занятиям, иногда видел людей, которых действительно не было.
После того случая с подсчетом результатов в гольфе Джен взяла на себя управление семейными финансами. Она настроила автоматическую оплату счетов, научилась самостоятельно разбираться в финансовой отчетности и начала проводить ежегодные встречи с консультантом Сэнди Адамс.
По словам Джен, своевременные действия помогли семье избежать серьезных финансовых потерь. Важную роль сыграли и многолетние отношения с финансовой консультанткой. Еще до появления заметных симптомов деменции Адамс посоветовала супругам оформить страхование долгосрочного ухода.
«Благодаря тому, что мы много лет с ней общались, я стала внимательнее к таким вещам. Главное, чтобы у человека был кто-то, кому он доверяет, например, финансовый консультант», — говорит Джен.
Именно доверие и внимание близких пока остаются важными инструментами раннего выявления изменений, которые могут сопровождать деменцию. Даже если алгоритмы научатся находить такие сигналы в финансовых данных, решение о дальнейшем обследовании и помощи человеку потребует участия специалистов и его семьи.