Об этом в новом подкасте на YouTube-канале Finance.ua рассказал Сергей Мамедов, вице-президент Ассоциации украинских банков, председатель правления Глобус Банка.
По его словам, называть сегодня точный курс на 31 декабря некорректно, ведь на валютный рынок в четвёртом квартале будет влиять целый комплекс факторов: интенсивность ракетных и дроновых атак, состояние энергетики, потребности страны в импорте, экспортные возможности, объёмы международной финансовой помощи, инфляция и настроения населения.
«Продолжается жестокая и непредсказуемая война, поэтому называть сегодня курс доллара на 31 декабря с точностью до копейки было бы гаданием. Но если мы не можем точно назвать цифру, это не означает, что мы не можем понять логику, по которой будет жить валютный рынок», — подчеркнул банкир.
Ключевую роль на рынке, по его прогнозу, и дальше будет играть Национальный банк. Режим «управляемой гибкости» допускает как ослабление, так и укрепление гривны в зависимости от соотношения спроса и предложения на межбанке, в то же время чрезмерные колебания НБУ будет сглаживать валютными интервенциями.
Традиционно в конце года спрос на валюту может усилиться из-за увеличения бюджетных расходов, активизации импорта, завершения бизнесом годовых контрактов и сезонного спроса населения.
В четвёртом квартале 2024 года чистый объём продажи валюты Нацбанком составил около $11,4 млрд, а за аналогичный период 2025 года — около $10,3 млрд. Именно поэтому Сергей Мамедов предполагает, что в октябре-декабре 2026 года объёмы интервенций могут составить около $10−11 млрд.
«Это не определённая заранее цифра. Национальный банк будет продавать столько валюты, сколько потребуется для сохранения контролируемости рынка. Поэтому курс не будет статичным, но так же нет оснований ожидать, что доллар вдруг „оторвётся от земли“ и достигнет заоблачных значений», — отметил он.
Дополнительный спрос на валюту в конце года может возникнуть и на наличном рынке из-за традиционного увеличения гривневых расходов. Для сравнения: в декабре 2025 года расходы общего фонда государственного бюджета составили почти 650 млрд грн против около 374 млрд грн в ноябре.
В то же время гривна, по словам банкира, имеет достаточно сильные инструменты для конкуренции с традиционной привычкой населения переводить сбережения в валюту. В частности, ставки по отдельным срочным депозитам могут достигать 17,5% годовых, а доходность гривневых ОВГЗ в зависимости от срока составляет около 15−16,5%.
Показательной является и динамика спроса населения: в четвёртом квартале 2025 года чистый спрос на наличную валюту составил около $2,2 млрд против $3,7 млрд годом ранее.
Относительно курса в конце года Сергей Мамедов обратил внимание, что в 2024 году доллар вырос примерно с 38 грн до 42,04 грн, то есть на 10,6%, тогда как в течение 2025 года — лишь с 42,03 грн до 42,39 грн, или менее чем на 1%.
На 1 января 2026 года официальный курс составлял около 42,35 грн/$. Следовательно, даже в случае приближения курса в конце декабря к 46 грн его годовой рост составит около 8,6% — меньше, чем в 2024 году.
«Если не произойдут наиболее негативные военные и энергетические события, в конце года курс доллара вряд ли превысит 46 грн. Так что вместо валютного скачка нас может ожидать постепенное, контролируемое движение с периодами как ослабления, так и укрепления гривны», — прогнозирует банкир.
Отдельно он обратил внимание на курс евро. В отличие от доллара, его гривневая стоимость зависит сразу как от курса гривны к доллару в Украине, так и от соотношения евро и доллара на мировом рынке.
Поэтому даже при незначительном изменении курса доллара в Украине евро может ощутимо дорожать или дешеветь из-за глобальных валютных колебаний. Если доллар в конце года будет находиться около 45−46 грн, базовым ориентиром для евро Мамедов называет примерно 52,5−54 грн.
При этом коридор неопределённости для европейской валюты будет шире, ведь к украинским военным, экономическим и бюджетным рискам добавляются политика ЕЦБ и Федеральной резервной системы США, инфляция и экономическая ситуация в Европе и США, а также глобальные геополитические события.
Среди факторов влияния на валютный рынок банкир также назвал инфляцию. В то же время он подчеркнул, что динамика цен и валютного курса не является синхронной: ускорение инфляции само по себе не означает аналогичного по масштабу ослабления гривны.
«Не стоит ожидать ни статичного курса, ни валютной катастрофы. Курс будет меняться — это нормально для режима „управляемой гибкости“. Намного важнее, чтобы эти изменения были контролируемыми, а валютный рынок оставался сбалансированным», — подытожил Сергей Мамедов.