► Читайте «Минфин» в Instagram: главные новости об инвестициях и финансах
$1 за баррель в биткоинах
По словам Хоссейни, Иран внедряет строгий механизм проверки и оплаты для каждого судна — $1 за каждый баррель нефти на борту. При этом способ оплаты исключительно в биткоинах. Пустые танкеры могут проходить бесплатно.
Судно должно отправить электронное письмо с данными о грузе. После оценки власти предоставляют «считанные секунды» на оплату в биткоинах. Это делается для того, чтобы транзакции невозможно было отследить или конфисковать из-за санкций.
«Ирану нужно контролировать, что входит и выходит из пролива, чтобы убедиться, что эти две недели не будут использованы для переправки оружия. Процедура займет время, и мы не торопимся», — заявил Хоссейни.
Военные угрозы и парковка для танкеров
Танкеры в Персидском заливе уже получают радиосообщение на английском языке с предупреждением: суда, попытающиеся пройти без разрешения, будут уничтожены.
Ситуация привела к образованию гигантского «пробки». По данным аналитиков:
- В заливе заблокировано 187 танкеров из 175 млн баррелей нефти.
- В общей сложности около 300−400 судов ждут выхода, образуя настоящую «парковку».
Пропускная способность упала со 135 судов в сутки до 10−15, поскольку иранские проверки крайне продолжительные.
Политический тупик
Требования Ирана противоречат позиции США. Президент Дональд Трамп ранее заявил, что перемирие возможно только при условии «полного, немедленного и безопасного открытия пролива. Кроме того, предоставление Ирану права собирать пошлину является «красной линией» для Саудовской Аравии, ОАЭ и Катара, поскольку это фактически дает Тегерану право вето на экспорт их нефти.
Судоходные гиганты, в частности Maersk, соблюдают осторожный подход и пока не возобновляют регулярные рейсы через пролив, ожидая полной морской определенности. Между тем единственными судьями, которые решаются на транзит, остаются непосредственно связанные с Ираном.
Контроль над Ормузским проливом через криптоплатежи может стать самым сложным пунктом в переговорах о постоянном мире, поскольку он изменяет баланс сил не только в регионе, но и внутри ОПЕК+.