ВХОД
Вернуться
25 января 2013, 11:00
Страна «налоговых агентов»
Фото с сайта zn.ua

Страна «налоговых агентов»

Спор о необходимости тотальной подачи личных деклараций о доходах рискует ограничиться формальностями: подавать — не подавать, стоять в очереди или посылать по электронной почте. Хотя на самом деле проблема касается старой постсоветской традиции взаимодействия государства со своими гражданами через «налоговых агентов». И формальная подача годовой личной декларации составляет в этой процедуре лишь вершину айсберга — этакую бюрократическую надстройку, которая дополняет и усложняет процесс, ничего не меняя в нем по существу, пишет Зеркало недели.

«Налоговые агенты» на сегодня — это уже не агенты спецслужб, но этакие уполномоченные предпринимательские субъекты, которые по совместительству обязаны нести налоговую справедливость «в массы». То есть одновременно со своей основной хозяйственной деятельностью оказывать родному государству сопутствующую услугу по взиманию податей с его «трудовых ресурсов».

Обобщенное определение «налоговый агент» на сегодня выглядит так: «Предпринимательская структура (независимо от правового статуса, формы налогообложения и способа начисления доходов), которая обязана начислять, удерживать, перечислять в бюджет, вести налоговый учет и подавать отчетность по налогам, которые удерживаются с контрагентов по хозяйственным (или трудовым) отношениям». Такое обобщенное определение получается, если свести воедино все обязательства предприятия, «размазанные» по нескольким разделам Налогового кодекса, причем в подобном толковании мудрым законодателем дотошно перечислены все возможные варианты «предпринимательского взаимодействия», чтобы избежать «почетной обязанности» было невозможно.

Множество «косвенных» налогов на сегодня попадают в бюджет именно по схеме «налоговых агентов». НДС — наиболее явный их «представитель». Ведь согласно теории не предприятие платит НДС в бюджет — оно лишь выполняет функции посредника по перечислению денежных средств покупателя. И такая же практика имеет тенденцию к распространению на единичные (нетиповые) операции по другим видам налогов. Дабы не плодить множество мелких налогоплательщиков. Например, по акцизному налогу: «Заказчики, по поручению которых производятся подакцизные товары из давальческого сырья, уплачивают данный налог производителю» (которому и поручается таким образом донести налог в самый-самый бюджет). Таким образом появляется возможность не учреждать расчетную карточку акцизов для каждого встречного-поперечного, решившего проспонсировать юбилейную партию водки, а заодно не побуждать к долгим рассуждениям о том, кого же в данной схеме считать производителем и на кого возложить конечную акцизную ответственность.Множество «косвенных» налогов на сегодня попадают в бюджет именно по схеме «налоговых агентов».

Однако особо показательной практика «налоговых агентов» стала в отношении «личных» налогов: налога на доход физических лиц и взносов в социальные фонды. Государственным органам подобная практика очень приглянулась: не надо иметь дело с массой «налогово непросвещенных граждан», а можно оперировать с более-менее крупными предпринимательскими структурами, которые сами разберутся в хитросплетениях законодательства, а в случае чего не уйдут от ответственности. Рядовые труженики тоже были не в обиде: не надо лично отчитываться о своих доходах.

«Подача налоговой декларации считается выполненной, если плательщик налога получал доходы: исключительно от одного налогового агента независимо от вида и размера начисленного дохода; … от двух и более налоговых агентов, и при этом общая сумма налогооблагаемых доходов не превышает 120 минимальных заработных плат». То есть все это время за рядовых тружеников отчетность подавали их работодатели по мере начисления трудового вознаграждения. Параллельно годовая налоговая декларация о доходе была процедурой добровольного признания для тех, кто получал такой доход не из рук «налоговых агентов».

Лишь вскользь отметим, что подобный разрыв между самим налогоплательщиком и его «невольным представителем» приводит к принципиальному психологическому поражению в правах. Сам налогоплательщик не ощущает величины потерянных средств, а потому потребовать за них ничего не может. В свою очередь, «налоговый агент» особых требований тоже не выдвигает: средства не его — ему нужно только доложить за их своевременное удержание. И это тема для отдельного принципиального разговора.

Сейчас же разговор о другом. Если общая процедура останется аналогичной существующей, подача годовой налоговой декларации для большинства граждан превратится в дублирующий отчет. Эти сведения можно камерально сравнивать и даже попытаться кого-нибудь призвать к ответу за расхождения, но в целом подобная суета не более чем головокружение от успехов компьютерной техники на службе у налоговой инспекции.

Если это действительно реформа, то она предписывает определить конкретную сторону, которая отвечает за внесение налога: то ли «налоговый агент», то ли сам гражданин. Которая из них главная, та и подает налоговый отчет. Сегодня подразумевается, что главные все, и в этом бюрократическом подходе путем тиражирования отчетов можно далеко зайти.

Безусловно, традиции западной демократии предполагают, что каждый гражданин самостоятельно отвечает за свои налоговые отношения с государством. Кроме того, в личной подаче декларации присутствует еще и важный юридический момент: факт «согласования налоговых обязательств». Задекларировал — налоговая служба приняла к сведению. Нашли впоследствии погрешности — получи финансовые санкции. Иначе появляется соблазн оправдываться и юлить: «Я не скрывал свои доходы — просто забыл вовремя подать декларацию».

К сожалению, перейти в ближайшей перспективе от повседневного надзора «налоговых агентов» к личной ответственности по итогам года в отечественных условиях не представляется возможным. Воспитать сознательного налогоплательщика за столь короткий срок нереально. У нас не устоялась даже практика общения с налогоплательщиком по адресу регистрации. А ведь в качестве гарантии добропорядочности налогоплательщика нужна еще и западная традиция оседлости со своим официально зарегистрированным движимым и недвижимым имуществом. Всего этого в ближайшей перспективе нет и не предвидится по причине показной нищеты для некоторых и настоящей нищеты для многих. И никакая процедура биометрических паспортов, привязывающих личность к сетчатке глаза или отпечаткам пальцев, положение принципиальным образом не исправит. Если не удержать налог в момент выплаты, то при подаче годовой декларации многих придется искать долго и трудно.

В таком случае если мы все же переходим к практике обязательной подачи годовых налоговых деклараций о доходе физических лиц, хотелось бы услышать, какие именно цели при этом преследуются: 1) камерально проверять и перепроверять данные из двух источников (что, в общем-то, и сейчас практикуется по совместителям); 2) зафиксировать юридический момент согласования налоговых обязательств (дабы впоследствии обоснованно привлекать к ответственности в личном порядке); 3) заставить при обязательном заполнении декларации понервничать граждан, избравших тактику сокрытия доходов («случайно забывших»); 4) в ближайшем будущем перенести ответственность за уплату налога на доход с «налоговых агентов» на самих граждан;
5) сделать предварительный шаг для последующей процедуры контроля путем соотнесения доходов и расходов. Рациональных причин накопилось много, но подлинной на данный момент никто еще не назвал. А без этого сложно по достоинству оценит конечный результат преобразований.

Опубликовано на minfin.com.ua 25 января 2013, 11:00
Следить за новыми комментариями

Написать комментарий

Чтобы оставить комментарий, нужно войти или зарегистрироваться
 
окно закроется через 20 секунд