ВХОД
Вернуться
23 апреля 2012, 19:17

Часть 2-я: Орел или решка?

Орел или решка?

Летом 2004 года вертолет Бадри Патаркацишвили с Анисимовым на борту приземлился возле дома владельца компании «Металлоинвест» Бориса Иванишвили в его родовом грузинском селе Чорвила. Анисимов и Иванишвили знали друг друга с 1990-х годов, когда оба владели акциями Красноярского алюминиевого завода. Иванишвили, получивший в 1990-е годы контроль над крупнейшими российскими ГОКами, Стойленским и Михайловским, а также 40% Лебединского ГОКа, к этому времени поселился в Грузии. В России у него возникли проблемы: «В 1990-е все ГОКи «лежали» из-за низких цен на руду, а когда цены начали расти, кому-то пришло в голову, что это неправильно, когда стратегически важные комбинаты принадлежат какому-то грузину», — рассказывает знакомый Иванишвили.

Иванишвили официально не выставлял комбинаты на продажу, но все большие металлурги знали об этом: переговоры о покупке ГОКов с ним вели Владимир Лисин, Александр Абрамов и Виктор Рашников. Отношения с Усмановым у Иванишвили были натянутыми: в 1990-е годы они владели равными пакетами Лебединского ГОКа и боролись за контроль над комбинатом. Поэтому переговоры от лица Усманова и его партнеров вел Анисимов. И в декабре 2004 года Иванишвили согласился продать ему 97% акций Михайловского ГОКа и ряд более мелких активов. Цена сделки составила $1,65 млрд, хотя изначально Иванишвили рассчитывал на $2 млрд. «Но у меня никаких претензий по цене к Усманову нет, здесь сыграл роль дружеский фактор: Вася был моим другом, и у меня не было желания до последнего торговаться за 10%», — объясняет бизнесмен.

Если Иванишвили казался властям не вполне благонадежным, то фигура Усманова, зарекомендовавшего себя в «Газпроме», государство явно устраивала. Деньги под сделку одолжил ВТБ, в залог партнеры отдали купленные акции. Название «Металлоинвест» досталось им по наследству от Иванишвили. Но скоро эта компания стала гораздо больше: сначала Усманов ввел в нее «Уральскую сталь», которой с 2002 года владел в паритете с Олегом Дерипаской (позже выкупил его долю), а в 2005 году настала очередь «Газметалла», который должен был слиться с «Металлоинвестом».

На этом этапе Лев Кветной решил уйти. «Кветной говорил: да кому нужен этот журавль в небе? Алишер, может, угадает, а может, будет банкротом», — вспоминает Усманов. Кветной думал о том, чтобы самому выкупить доли Усманова и Скоча в «Газметалле», которым управлял с конца 1990-х. Кому достанется компания, решили доверить судьбе. «Мы с Кветным бросили орел-решка, я говорю: ты молодой, твой орел, но выпадет решка». Так и вышло. Кветной получил за свою долю в «Газметалле» $2 млрд, которые Усманов занял у банков. Кветной на эти деньги купил контрольный пакет банка «Национальный стандарт», «Новоросцемент» и другие активы, а Усманов, Анисимов и фонд Скоча в 2006 году стали совладельцами в объединенной компании.

Возник вопрос о распределении долей: Усманов и Скоч как совладельцы и «Металлоинвеста», и «Газметалла» имели право на большие доли, чем Анисимов (он мог претендовать лишь на 12-14%). «Анисимов очень переживал, пытался как-то получше высчитать, а ведь он самый старший из нас. И я как-то пришел к нему и говорю: «Вася, я решил подарить тебе 8%, пусть у тебя будет 20%. Он заплакал, обнял меня», — вспоминает Скоч. Друзья и близкие сочли этот поступок странным, «но зато я был доволен собой, мне хватит и 30%», — объясняет он. Усманов с 50% стал крупнейшим акционером «Металлоинвеста».

Середина 2000-х — золотое время для металлургов. C 2004-го по 2008 год мировые цены на сталь и руду выросли вчетверо. В 2005 году выручка «Металлоинвеста» составила около $2,3 млрд, оборот «нового» «Металлоинвеста» в 2007 году — уже $6,5 млрд, чистая прибыль — $1,16 млрд. Металлургическая компания становится базой для всех следующих покупок Усманова и партнеров. Под залог акций растущего «Металлоинвеста» банки охотно давали кредиты для нового рывка Усманова, на этот раз технологического.

Время покупать

В 2006-2007 годах Усманов совершает множество разных покупок в новых для себя областях: от акций лондонского футбольного клуба Arsenal и телеканалов МузТВ и 7ТВ до издательского дома «Коммерсантъ» и сотового оператора «Мегафон». Одни сделки выглядят как чистый бизнес: купленные, по оценкам, за $50 млн 49% акций 7ТВ Усманов с партнером Иваном Тавриным продали WaltDisney за $300 млн. И даже капитализация Arsenal, покупку акций которого принято считать «имиджевым» жестом, с 2007 года выросла вдвое. 

Но в случае с «Коммерсантом», купленным у Бориса Березовского, к бизнесу примешивалась изрядная доля политики. А покупка «Мегафона» в определенном смысле напоминала возврат активов «Газпрома»: Усманову вновь пришлось выступить мастером решения щекотливых вопросов. В 2007 году он приобрел 31,1% акций сотового оператора, владельцем большей части которых называл себя датский юрист Джеффри Гальмонд (Цюрихский арбитраж в 2006 году признал его номинальным владельцем, а реальным — человека, похожего на бывшего министра связи России Леонида Реймана). «Безусловно, конфликт, который существовал между «Альфой» [владеет 25,1% «Мегафона». — Forbes] и Рейманом, сильно напрягал руководство страны, а у Усманова репутация человека, умеющего разруливать такие ситуации. К тому же ему доверяли все стороны», — рассказывает источник, знакомый с ходом переговоров по покупке акций «Мегафона». Сумма сделки, как говорят в окружении бизнесмена, составила $800 млн. Сейчас Усманов ведет переговоры о покупке блокпакета акций компании у «Альфа-Групп».

Следующий, 2008 год должен был стать годом больших свершений и больших денег. На этот год было запланировано IPO «Металлоинвеста». Отдельно Усманов обсуждал возможность слияния металлургической компании с «Норильским никелем» Владимира Потанина и тогда еще Михаила Прохорова. Усманов и Потанин предлагали Прохорову выкупить его пакет. Готовясь к сделке, Усманов скупил на рынке около 4% акций «Норникеля» за $2,4 млрд. Тогда же, за несколько месяцев до масштабного кризиса, Усманов нацелился на две крупнейшие компании российского интернета: «Яндекс» и Mail.ru. Других компаний, пригодных для масштабных инвестиций, в Рунете не было. К тому же обе они уже тогда готовились к IPO.

Стать интернет-инвестором Усманов пытался уже давно, но его предыдущую попытку похоронил «крах доткомов» 2001 года. В конце 1990-х годов Усманов и Мошири потеряли $32 млн, вложенные в акции компании Unisys, и организовали интернет-биржу торговли металлом europe-steel.com, но проект в итоге был закрыт. Один инвестбанкир вспоминает, что в 2001 году Усманов просил о кредите на покупку рекордно подешевевшего интернет-гиганта Yahoo. Усманов подтверждает: такой проект был, но, как и в случае с Corus, банки отказались ссужать деньги.

На этот раз Алишер решил действовать через надежного проводника: им стал один из опытнейших российских интернет-инвесторов Леонид Богуславский (статью о Богуславском читайте в свежем выпуске Forbes). Он отлично знал всех на этом рынке, а среди его активов были и акции «Яндекса», которые он соглашался продать Усманову. Но ничего хорошего из этого не вышло.

«Когда говоришь с Усмановым, такое ощущение, что с тобой разговаривают четыре разных человека, один из которых настроен не очень дружелюбно», — вспоминает человек, который имел опыт трудных переговоров с бизнесменом. Идея Усманова купить долю в «Яндексе» летом 2008 года была воспринята основателями компании как заказ со стороны государства и энтузиазма не вызвала. Пакет Богуславского купить не получилось — он был собственностью фонда инвесторов, которые отказались одобрить сделку. А «Яндекс» вообще воспринял интерес партнеров враждебно: в 2008 году совет директоров исключил Богуславского из своего состава. Усманов попытался подключить к переговорам основателя Mail.ru Group Юрия Мильнера (их познакомил Богуславский), что только ухудшило ситуацию.

Мильнер пришел к Воложу со своей старой идеей, которую пытался «продать» владельцу «Яндекса» на протяжении многих лет, вспоминает источник, знакомый с ходом тех переговоров. Конкурент «Яндекса» не Mail.ru, а Google, говорил он, и единственный способ противостоять глобальному гиганту — это объединение двух крупнейших российских порталов. Мильнер предлагал «Яндексу» «пожизненную» гарантию, что его поиск будет стоять на всех продуктах Mail.ru, в обмен на сравнительно небольшую долю в 10% акций поисковика. Но основатели «Яндекса» всегда выступали за «органическое развитие» бизнеса. И это в корне отличалось от стратегии Мильнера, строившего Mail.ru за счет многочисленных покупок. Антагонисты Волож и Мильнер не могли договориться никогда, не получилось это и сейчас.

Раньше Волож просто отказывался от предложений Мильнера, но на этот раз не на шутку испугался. Как раз в это время правительственные чиновники начали активно обсуждать идею «национального поисковика» и заявлять, что российский интернет является стратегическим активом. «Все знали, что «Яндекс» пойдет на IPO, и единственное наше условие было — чтобы контроль не достался американской компании», — говорит один из чиновников. К тому же времени относится и публичное выступление вице-премьера Игоря Шувалова, заявившего, что государство должно иметь небольшие пакеты во всех стратегически важных отраслях — по 10%. Как раз о таком пакете Воложу говорил Мильнер. Соединив вместе все детали, основатели «Яндекса» запаниковали. «Я никогда подобными вещами не занимался, стал бегать по всем, спрашивать, что в таких случаях делают», — говорил Волож в интервью Forbes. Он вышел на бывшего главу администрации президента Александра Волошина, который согласился войти в совет директоров компании. Крупнейший инвестор поисковика, фонд Baring Vostok Capital Partners, разработал проект «золотой акции», дающей право вето на сделки по смене собственника, которую в итоге акционеры отдали Сбербанку — достаточно большому и достаточно нейтральному. «Подвесили в такое место, откуда трудно достать, а к этому времени уже случился кризис и все разговоры о покупке ушли сами собой», — объяснял Волож.

Усманов утверждает, что акционеры «Яндекса» превратно истолковали его намерения: «Волож почему-то испугался. Я с ним разговаривал, видимо, моя энергетика на него так подействовала. Но уже к сентябрю у нас все было хорошо, он у меня на дне рождения был». Купить акции «Яндекса» он больше не пытался, отношения с Богуславским были свернуты, а вот Мильнер свой шанс не упустил. Он продал Усманову (по оценкам, за $300 млн) около 30% своей компании Digital Sky Technologies, владеющей крупными долями в Mail.ru, соцсетях «Одноклассники», «ВКонтакте» и многих других. Деньги Усманова позволили DST купить новые активы и увеличить доли в старых. А потом наступило время осуществления заветной мечты Мильнера — купить акции социальной сети Facebook и прорваться таким образом в мировую элиту интернет-инвесторов.

Часть 3-я: Последний миллиард

Опубликовано на minfin.com.ua 23 апреля 2012, 19:17
Следить за новыми комментариями

Написать комментарий

Чтобы оставить комментарий, нужно войти или зарегистрироваться
 
×
окно закроется через 20 секунд