ВХОД
Вернуться
14 марта 2010, 16:10

Как банки собираются разговаривать с заёмщиками в этом году

О проблемных кредитах банков, о проведенной и планируемой реструктуризации, об отношении банкиров к залогам, UBR поинтересовались у члена правления одного из украинских коммерческих банков Владислава Кравца.

Какая часть кредитного портфеля юридических лиц была реструктуризирована в 2009 году?

По итогам прошлого года мы вышли на показатель реструктуризации нашего портфеля в размере 65-70 %. Планировали даже больше. Не успели. Когда начинаешь обрабатывать эти кредиты, согласно новым требованиям и существующим реалиям, то в силу объективных причин процесс начинает затягиваться.

Вы были не готовы. Или физически не успевали?

В основном повлияла неготовность заемщиков предоставлять информацию с той глубиной, которая была запрошена. И соответственно неготовность банка оперативно проработать тот объем информации, который мы запросили у заемщика. В настоящее время анализ кредитных документов в отношении реструктуризации более глубокий и громоздкий. Это требует гораздо больше времени.

Готовы ли банки и в 2010-м проводить реструктуризацию. Каких именно кредитов?

В этом году, в первую очередь, будем рассматривать то, что недоработали в 2009-м. И соответственно, рассчитываем, что часть уже реструктуризированного портфеля в 2009 году дополнительно «вывалится» какая-то часть уже в окончательно безнадежную.

По имеющейся статистике от 2 до 10 % реструктуризируемого портфеля становится окончательно невозвратной. Даже та часть кредитного портфеля, которая классифицирована как «стандартная» и более-менее под контролем, потихоньку сползает в более низкий класс.

Не хочу сказать, что это проблема неуправляема. Но это отражение тех экономических процессов, которые происходят в стране. Эта ухудшающаяся часть портфеля тоже потребует реструктуризации. Думаю, что в общем объеме портфеля это займет где-то до 15%. Не более.

А те, кто обратится за повторной реструктуризацией?

Те, кто придет за повторной реструктуризацией по итогам уже проведенной в 2009-м, не уверен, что мы будем рассматривать такие варианты. Потому что, если мы уже разложили весь бизнес на составляющие, на мелкие детали, растянули выплату кредитов во времени, дали льготы, а после этого бизнес все равно не в состоянии отработать кредит, то надо честно признать — этот бизнес не имеет перспектив с точки зрения возврата кредита.

Откуда такая уверенность. А если через 3-6 месяцев все заработает? Можно ли подождать?

Дело в том, что анализ, который проводят банки, очень скрупулезный. Мы рассматриваем все возможные пути, которые дают возможность бизнесу генерировать доходы. Если бизнес сейчас не в состоянии показать денежный поток, то и через полгода он, к сожалению, тем более не будет иметь такой возможности. Он за это время разрушится в силу многих причин. У него могут быть долги перед какими-то своими контрагентами, другими банками, перед своими сотрудниками. Постепенно эти негативные моменты будут съедать бизнес изнутри. И через полгода или год, когда перспектива появится, от бизнеса ничего не останется.

Вы рассказали о работе с юридическими лицами. А какие перспективы на «новую» реструктуризацию физических лиц?

Работа по реструктуризации портфеля «физиков» имеет свои особенности. Банки, которые специализируются на обслуживании корпоративного сектора экономики, имеют небольшой розничный портфель. Он более управляем. Потому что изначально подход к заемщику был более жесткий. Например, мы можем себе позволить пойти навстречу физлицу и закрыть глаза на отсутствие доходов и просто лонгировать кредит на более длительный период. И даже не один раз.

Банк просто продлевает срок по ипотечным и автокредитам или предлагает дополнительные условия?

В настоящее время срок не меняем. Мы внутри кредита переформатируем возможность обслуживания. Т. е даем льготы по процентам или переносим какие-то выплаты на 3-6 месяцев, выплачиваем какую-то часть процентов. Каждый случай индивидуален. Но это для банков с небольшим портфелем физлиц. Если портфель составляет основную часть бизнеса банка – то там ситуация тяжелее. Там другие методы и другие подходы.

Изменит ли банк подходы к оценке финансового состояния клиентов, которые придут за реструктуризацией в первый раз или во второй.

Подходы по физикам не поменялись. Процент его доходов, который должен оставаться для личных потребностей — около 50%. Т. е. половина на погашение кредита и половина на проживание. Не исключаю, что в специализированных банках эта пропорция может составлять 60 на 40. Т. е. большую часть банк будет требовать гасить в силу своего непростого финансового положения.

Если клиент не может обслуживать даже после реструктуризации, как быстро изымаете залоги?

Предмет залога — это серьезный и системный вопрос в рамках страны. Потому что система защиты кредиторов полностью отсутствует в Украине. И вероятность реализации залогового имущества приближается к нулю. Если заемщик не хочет вернуть залог – он его не вернет никогда. Мы можем годами судиться.

Для этого надо брать огромный чемодан с наличными деньгами и идти в суды. И так поддерживать коррупцию в стране. Тогда за достаточно короткие сроки можно добиться результата. Если же мы в ответ встречаемся с таким же «чемоданным» сопротивлением другой стороны, то этот процесс бесконечен. Поэтому реализовать быстро — это дорого.

В противном случае сделать что-либо невозможно. Масса зацепок есть – банкротства, переуступка каких-то долгов, выпускаются какие-то векселя, создается эффективная ликвидация, и банк вдруг в списке кредитов может оказаться чуть ли не на последнем месте. Фирм, которые специализируются на выстраивании подобных систем защиты, масса. Заемщик понимает, что его права защищены больше, чем права кредитора и если он не хочет, он может спокойно водить за нос очень долго.

Вы говорите о юридических лицах. А как в отношении физических лиц?

В работе с физиками присутствует социальный фактор. Поэтому здесь изъятие залогов, на наш взгляд, это последнее. Надо максимально найти какие-то пути взаимодействия, сотрудничества, чтобы не доходить до этого. Если это ипотека, то прописываются дети, вдруг выясняется, что жена давала согласие на ипотеку у нотариуса в невменяемом состоянии. Или того хуже — это не нотариальное согласие. То есть вариантов очень много. Знаете, физическое лицо можно победить. Это гораздо проще. Но с точки зрения социального эффекта и с точки зрения репутации будущности банка в нашем обществе — это приносит огромный негатив.

Если все же видите, что кредит безнадежный?

Легче с кредитами, где в залоге автомобиль. Если заемщик не платит, и мы понимаем, что никаких шансов, встречаемся и договариваемся. Мы забираем авто и больше никаких претензий не выставляем. Хотя стоимости автомобилей не достаточно, например, для закрытия кредита. Мы говорим — это отступное. По нашему законодательству это покрывает всю задолженность, даже несмотря на то, что ее недостаточно. Жмем руки и прощаемся. Дальше банк остается с этим авто.

Вы хотите сказать, что заемщик не должен доплачивать недостающую разницу?

Еще полгода назад требовали дополнительный залог.

Сегодня система дисконтирования в работе банков упростилась. Поэтому банки не настраивают на закрытии той разницы, которую они имеют после принятия залогового имущества для погашения кредита. Мы это покрываем резервами, а также показываем отрицательный финансовый результат.

Достаточно беспроблемно обсуждается возврат залогов в собственность банков — если это моторный кредитный портфель. С машинами люди прощаются легче, понимая, что их надо вернуть. С точки зрения ипотеки – гораздо тяжелее. Особенно, если это реальное жилье. Еще очень сложно работать и бороться с физиками, которые брали деньги под видом обычных ипотечных кредитов, а деньги шли в бизнес.

На сколько цены реализации ниже рыночных?

Цена ниже на 60%. Это, чтобы быстро и немедленно реализовать залоговое имущество. Например, у нас стоит около 10 авто. Их продать по рыночным ценам быстро невозможно. А банк — это организация, которая оперирует деньгами. Нам нужны деньги, а не авто или деньги, которые заморожены в авто. Поэтому мы вынуждены их выставлять по бросовой цене. Ищем покупателей среди клиентов банка, сотрудников, среди всех знакомых.

А можно конкретные примеры.

Например, Джип стоимостью около 60 тысяч долларов мы продали за 15 тысяч долларов. Был «Фольксваген-Пассат», который в своем состоянии стоил бы на рынке 15 тысяч долларов. Мы его продали за 15 тысяч гривен. Если выставлять по рыночной цене, он будет долго стоять на базаре и где-то еще. Считаю, что надо радикально подходить к таким вещам. Иначе такое залоговое имущество захлестнет банк. Его негде хранить. Его надо обслуживать. Механизмы старятся. От этого надо немедленно уходить в ликвидность и немедленно полученные деньги запускать в бизнес. Только таким путем можно выходить из этих ситуаций. 

Опубликовано на minfin.com.ua 14 марта 2010, 16:10 Источник: SV-Development
Следить за новыми комментариями

Комментарии (1)

+
+3
regulator
regulator
14 марта 2010, 17:53
Днепропетровск
#
Владислав Кравец-член правления Сбербанка России (Украина). Открываем свйт www.sbrf.com.ua/filiales.html — никакой информации о залоговом имуществе. Может просто никто не хочет его реализовать выгодно? А статейка похоже под заказ. Как плохо бедным банкам! Как они бедные законодательно не защищены! А SV-Development — часто пишет откровенную чушь!

Написать комментарий

Чтобы оставить комментарий, нужно войти или зарегистрироваться
 
×
окно закроется через 20 секунд