ВХОД
Вернуться
14 июля 2009, 09:00
Какая валюта придет на смену доллару

Какая валюта придет на смену доллару

Растущие долги государств, нехватка ликвидности и финансовый кризис подорвали доверие к мировой финансовой системе, основанной на долларе. Ее дальнейшее использование приведет к новым кризисам. СДР, золото, bancor, юань или множество региональных валют… Что придет на смену доллару?

Еще за пару дней до саммита G8, прошедшего на прошлой неделе в итальянском городе Л`Аквила, ожидалось, что он даст ответ на самый интригующий вопрос, интересующий мировых финансистов: что придет на смену доллару в качестве мировой валюты? Но этого не случилось. Лидеры восьми ведущих стран мира поговорили об общих вопросах, о кризисе, посетовали на бедность, и в тексте итогового заявления о новой мировой валютной единице ничего сказано не было. В принципе, это неудивительно. С одной стороны, вопросы валютной политики являются прерогативой не премьеров и президентов, а глав центробанков, министров финансов и МВФ. С другой — любые валютные дискуссии, как верно заметила министр финансов Франции Кристин Лагард, должны включать доллар США, евро, китайский юань и японскую иену. Поэтому лучшим местом для таких обсуждений должен стать саммит в рамках G20, который пройдет 24-25 сентября в американском Питтсбурге. К тому же основным инициатором обсуждения новой мировой резервной валюты выступал Китай, который не входит в G8. И понятно, что без Поднебесной, которой принадлежит самый большой запас долларов в мире, такие вопросы не решаются.


Финансово-экономический кризис не только подорвал веру в доллар, но и четко выявил недостатки мировой валютно-денежной системы. За прошедшие годы накопилось много ошибок. Нимб доллара как ведущей валюты серьезно пошатнулся. Каждый раз, когда экономике грозили неприятности, Центробанк США спешил на помощь — снижением процентной ставки и вливанием ликвидности. Но вместо того чтобы системно оздоравливать экономику, денежные инъекции надували все новые пузыри, которые затем лопались и вызывали очередной кризис. Не стал исключением и нынешний. Решающий вклад в его возникновение внесли многолетняя политика низких процентных ставок ведущих Центробанков, постоянное превышение уровня дозволенного при кредитовании в США и привязка валютных курсов в развивающихся странах к доллару.

Поэтому призывы к реформе международного валютно-финансового порядка становятся все громче. Россия и Китай настаивают на том, что необходимо эволюционное, плавное развитие международной финансовой системы, связанное с появлением нескольких новых региональных резервных валют, которые впоследствии могут завоевать международный статус и заменить доллар. «Мировой финансовый кризис в полной мере выявил слабости и недостатки в международной монетарной системе. Будет вполне естественно, если наше предложение по введению новой валюты будет поддержано на саммите», — заявил замминистра иностранных дел Китая Хэ Яфей. «Долларовая система, или система, основанная на долларе и евро, показала, что у нее есть изъяны. В ближайшем будущем наша основная задача — создание большего числа резервных валют», — заявил президент РФ Дмитрий Медведев. По его словам, новая мировая валюта — «это дело будущего, но думать об этом необходимо обязательно». Россия и Китай уже начали отходить от доллара как от ведущей валюты. Эти государства планируют осуществлять двустороннюю торговлю товарами в своей валюте. Экономисты же говорят о возвращении к золотому стандарту и об отмене государственных денежных монополий.

Читайте также: Индия поддержала призыв России отказаться от доллара>>>
Порочный круг Центробанков

Наряду с ФРС США участие в беге по заколдованному кругу принимал и Центробанк Китая. Страна уже в начале 90-х годов сделала ставку на экспортоориентированную стратегию развития. Для этого хранители валюты девальвировали юань почти на 50% по отношению к доллару и сохраняли низкий обменный курс. Хотя с 2005 по 2008 год под давлением США они и допустили небольшое повышение стоимости нацвалюты, оно осталось далеким от необходимого. Благодаря дешевой валюте экспорт Китая шел от одного рекорда к другому и обеспечил двузначные показатели экономического роста.

Примером для Китая послужила ориентированная на увеличение экспорта модель роста, которую использовала Германия после Второй мировой войны. Эта система подарила немцам экономическое чудо. В 1944 году будущие страны-победители договорились на американском курорте Бреттон Вуд о послевоенной денежной системе, где все участвующие валюты имели твердый обменный курс по отношению к доллару, который, в свою очередь, был прочно привязан к золоту. Американский Центробанк был обязан в любой момент обменять доллары на золото. После того как в 1949 году Германия присоединилась к этой системе, низкий обменный курс немецкой марки стал причиной резкого увеличения экспорта. Система рухнула в начале 70-х, когда Центробанк США для финансирования войны во Вьетнаме выпустил в обращение слишком много долларов и больше не мог выполнять свои обязательства по золотому эквиваленту.

И хотя привязка доллара к золоту ушла в прошлое, твердые обменные курсы по отношению к доллару, которые были введены в Китае, Сингапуре, Малайзии, Гонконге и многих экспортирующих нефть странах Ближнего Востока, дали экономистам повод говорить о Bretton Woods II System. Сначала казалось, что эта система работает хорошо. Китай, благодаря своей валюте, оцененной ниже номинальной стоимости, поставлял в США дешевые товары и таким образом содействовал росту потребительской лихорадки у американцев. Чтобы снизить давление, направленное на повышение стоимости юаня, китайцы скупали доллары и закачивали в свою экономику юань. После этого они отправляли доллары обратно в США, скупая американские госзаймы и другие ценные бумаги.


Проблема — таким образом китайцы «загнали курсы» ценных бумаг США на невиданную высоту, а эффективные процентные ставки — «в подвал». Вместе с очень низкой ведущей процентной ставкой ФРС США это содействовало увеличению задолженности американцев и все больше надувало пузырь недвижимости. А в связи с тем, что госзаймы предлагали очень маленькие проценты, инвесторы в поисках большей прибыли шли на все большие риски и спекулятивные перегибы. В самом же Китае центробанк в ходе интервенций на валютном рынке «закачивал» все больше собственных денег в экономику. Такая политика привела к резкому скачку цен на недвижимость от Пекина до Шенчженя. Поэтому, по мнению президента Импортно-экспортного банка Китая Ли Жогу, «привязанная к доллару система валютного курса является одной из главных причин финансового кризиса».

В связи с этим Пекин начал сомневаться в правильности своей валютной системы. В марте глава китайского Центробанка Чжоу Сяочуань привлек всеобщее внимание тем, что предложил отойти от доллара как от ведущей валюты, повысить роль МВФ в мировой финансовой системе и работать над превращением специальных прав заимствования (СДР) МВФ в наднациональную резервную валюту. В июне президент России Дмитрий Медведев «ударил» в то же место: «Мы должны укрепить международную валютно-финансовую систему за счет создания новой резервной валюты». Так же, как и Чжоу, он предложил совершенствовать СДР, принимая при этом во внимание рубль, юань, сырье и золото. СДР — искусственная валюта для финансовых транзакций между государствами и международными организациями. Она рассчитывается как валютная корзина из евро, доллара, фунта и иены. Если у Китая и России все получится, то в будущем СДР будут использоваться также в качестве платежного средства при международном движении товаров и на финансовых рынках.

Читайте также: Россия передумала отказываться от доллара>>>
То, что Китай и Россия настаивают на реформе мировой валютно-финансовой системы именно теперь, когда доллар очень слаб, основано, прежде всего, на опасении, что США могут обесценить свой растущий госдолг за счет инфляции. Это вызвало бы падение доллара, а стоимость китайских и российских валютных резервов растаяла бы, как снег на солнце. Особенно сильно это задело бы Китай, который владеет самыми большими долларовыми резервами в мире — примерно $2 трлн, из которых около $1,5 трлн вложены в гособлигации США.

По словам Хэ Яфэя, «уже много лет многие страны призывают администрацию США принять меры к обеспечению стабильности доллара, Китай также обеспокоен вопросами безопасности долларовых активов». Его поддерживает президент Медведев: «Мы не можем быть заложниками экономической ситуации в одном государстве. Вот мы все попали в заложники той экономической картины, которая сложилась в Соединенных Штатах Америки несколько лет назад. Сегодня все это признают».

И эти опасения обоснованы. Известные экономисты США, такие как Грегори Мэнкью, бывший экономический советник Джорджа В. Буша, и Кеннет Рогофф, бывший главный экономист МВФ, уже в один голос требуют более высокой инфляции. Рогофф, в частности, рекомендует в течение нескольких лет увеличить норму роста дороговизны до 6%, чтобы «обезвредить долговую бомбу». Понятно, что китайцы будут нервничать и требовать введения новой мировой резервной валюты.

СДР и другие...

Однако сможет ли СДР, несмотря на поднятый Пекином и Москвой шум, заменить доллар в качестве ведущей валюты — остается под вопросом. Чтобы войти в валютную корзину, обменный курс юаня и рубля сначала должен стать свободным и обе валюты должны без ограничений обмениваться на другие валюты. А до этого им еще очень далеко. К тому же МВФ, как оператор СДР, не обладает собственными финансово-политическими полномочиями, необходимыми для эмиссии и управления валютой. Поэтому решение о выпуске новых СДР должны принимать правительства стран-членов МВФ. А это будет связано с длительным, конфликтным и политически важным процессом решения, имеющим большую политическую важность. Тем самым финансовая политика, нацеленная на стабильные цены, де-факто будет невозможной. Кроме того, сомнительно, что для всех этих экономически чрезвычайно разнородных стран подойдет зонтик общей валюты.

Поэтому некоторые экономисты, такие, как Джуди Шелтон, требуют сохранить национальные валюты и привязать их к благородным металлам — золоту и серебру, чтобы таким образом обеспечить больше валютно-политической стабильности. «Нет другого такого платежного средства, которое получило бы большее признание, чем золото», — отмечает Шелтон. В принципе это сводится к возвращению золотого стандарта.

С технической точки зрения вполне возможно снова привязать валюты к золоту. В сейфах центробанков дремлет большое количество благородного металла. Центробанки стран G20 владеют примерно двумя третями мировых резервов золота. Если к этому прибавить запасы МВФ, Евроцентробанка и Банка международных расчетов, то доля составит почти 80%. И все же этого количества золота недостаточно, чтобы покрыть деньги во всем мире, избежав резкого скачка цен на этот металл. Если бы к сегодняшним его запасам в США (еврозоне) были привязаны только бумажные деньги, теоретическая сбалансированная цена унции золота составила бы примерно $6852 (2925 евро). При полном покрытии золотом всех валют цена за унцию возросла бы в 40 раз: с сегодняшних $940 до $37 тыс. Поэтому в качестве покрытия можно рассмотреть корзину из многих видов сырья, которую британский экономист Джон Кейнс когда-то предложил на конференции в Бреттон Вуде. Кейнс мечтал учредить всемирную валюту, которую он называл bancor. В ее основе должна лежать корзина из 30 видов сырья.

Привлекательность золотого или сырьевого стандарта заключается прежде всего в том, что он ставит центробанки в жесткие рамки, которые запрещают им неудержимое увеличение денежной массы. В таком случае спекулятивные пузыри и инфляционные скачки станут прошлым. А опасность протекционистских соревнований по девальвации будет устранена за счет твердой привязки валют к золоту. «Но и золотой стандарт имеет фатальный конструктивный недостаток, — говорит Ли Жогу. — Противоречие между ограниченными резервами золота и неограниченными возможностями для развития реальной экономики в долгосрочном периоде ведет к нехватке денег и дефляции».

Поэтому либеральные экономисты выступают за другую реформу валютно-финансовой системы. Они хотят лишить центробанки денежной монополии и передать производство денег в частные руки. При этом они апеллируют к идеям австрийского лауреата Нобелевской премии в области экономики Фридриха Августа фон Хайека. Он требовал введения конкурирующих частных валют, потому что история государственных денег, за некоторыми исключениями, является «историей полной лжи и обмана». Соревнование же между частными денежными эмитентами, считал Хайек, напротив, заботилось бы о хороших деньгах.

Свои деньги

«В отличие от золотого стандарта, где гражданам все же навязывалась государственная денежная система, в случае free-banking люди имели бы свободный выбор платежных средств», — говорит Торстен Поллайт, главный экономист Barclays Capital в Германии. Изначально неизвестно, какие деньги будут использоваться, но ясно, что они будут устойчивыми. «Никто не будет добровольно держать плохие деньги, если он может получить на рынке хорошие», — отмечает Поллайт. Правда, все говорит о том, что в конечном итоге в качестве общепризнанных платежных средств будут использоваться благородные металлы или покрытые ими деньги. Преимущество Поллайт видит также в том, что центробанки после такой реформы не смогут больше манипулировать процентной ставкой как важным инструментом регулирования экономики. «Процентная ставка вновь станет свободной составляющей рынка, и тогда ошибочные инвестиции и спекуляционные пузыри, которые мы пережили в прошедшие годы, останутся в прошлом», — объясняет экономист Barclays.

Остается только выяснить, как в фазе перехода к этой системе можно избежать экономического хаоса. Кроме того, вряд ли кто-то сможет принять валютно-финансовую систему, которая заставляет его иметь при себе десять или больше валют, потому что в Харькове ходят одни деньги, а во Львове другие.


И все же юань?

Впрочем, и Китай, и Россия осознают, что в ближайшие годы доллар сохранит за собой мировое лидерство. «В настоящее время доллар США является основной резервной валютой. Мы надеемся, что в следующие несколько лет так и будет оставаться, это — реальность», — заявил замминистра иностранных дел КНР Хэ Яфэй.

Министр финансов РФ Алексей Кудрин «отвел» доллару не менее десяти лет жизни и наиболее вероятным кандидатом на роль новой валюты назвал китайский юань. «Самый короткий путь, если Китай либерализует экономику и пожелает обеспечить конвертируемость юаня, а на это может уйти лет десять, но после этого эта валюта станет вполне востребованной. Это самый короткий путь к созданию новой мировой резервной валюты», — заявил Кудрин.

В то же время можно ожидать, что практически в каждой части света может появиться своя региональная валюта, которая будет привлекательной, станет резервной и заменит доллар в качестве мирового платежного средства.

Дмитрий Ярош

Опубликовано на minfin.com.ua 14 июля 2009, 09:00
Следить за новыми комментариями

Написать комментарий

Чтобы оставить комментарий, нужно войти или зарегистрироваться
 
окно закроется через 20 секунд